Спугнув пару крыс, Пётр осторожно прошёл по ходу, стараясь не прикасаться плечами к грязным кирпичным стенам, в какой-то момент остановился, вернулся назад, внимательно оглядел стену и постучал по ней. Пустота… Бруджа крикнул солдат, и через пять минут спорой работы ломами и кирками немцы проникли в небольшую комнату, уставленную деревянными ящиками. Которые тут же, под гогот и шуточки, стали вскрывать ломами.
— Серебро…
Вилки, ножи, посуда, подсвечники…
— Снова серебро…
Свекаев беззвучно заплакал.
— Мы нашли старые сокровища, — сообщил Бруджа, торопливо проводя магическое сканирование. — Все получат награду.
— Ура! — рявкнули довольные солдаты.
— Ура! — подхватили оставшиеся наверху фашисты.
— Ура, — прошептал сквозь слёзы Свекаев.
Сундучок с золотом, шкатулка с жемчугом, браслеты, кольца… Но никаких следов магии. Ни одного запечатанного сосуда. Ни одной всё ещё работающей ловушки. Ничего.
В подземном тайнике не оказалось сосуда, в котором мог находиться кардинал Свен Бруджа. И рабочих дневников тоже не было, а значит…
Значит, хитрая ведьма обустроила ещё один схрон.
И потому грустил не один Свёкла: Бруджа тоже улыбался натянуто, неловко пряча царящее внутри смятение:
«Где теперь искать отца?!»
* * *— Хайль Гитлер!
— Хайль! — дружно подхватили собутыльники фон Руджа. — Хайль! Хайль! Хайль!
— Что они празднуют? — тихо спросил Матвей.
— Клад нашли.
— Да ну?
— Честно, — округлила глаза Нюра. — Им кто-то подземный ход показал, а в нём — комната. А в ней — золото графини.
— Везёт же фашистам, — не сдержался Столяров. — Двадцать лет клад искали, а он, смотри-ка, народу не дался, к фашисту пошёл.
— Ничего, будет и на нашей улице праздник.
Пили в захваченной усадьбе все. Офицеры в холле первого этажа, солдаты во флигеле. Во дворе дрожали от холода два грузовика «Opel Blitz» — в том числе и тот, с сокровищами, — а вот сторожа на мороз внимания обращали меньше, поскольку охотно прихлёбывали из фляжек крепкий русский «pervach».
И все забыли про Матвея Столярова, юного партизанского связного, брошенного в холодный сарай, в котором всего день назад трясся Свёкла. Все забыли про бедного парня: и солдаты, и сам фон Рудж, все, кроме Нюры Ластиковой.
— Ты можешь открыть замок?
— Я постараюсь. — Девочка вытащила из кармана накинутого на плечики ватника прихваченные с собою ключи — немцы использовали старые санаторские замки, связка запасных ключей к которым хранилась в подвале, в кабинете завхоза Василия Алексеевича. — Та-ак… вот этот, кажись, подойдёт… а ну-ка!
