– Дело твое. Константин Дмитриевич – товарищ у нас местный, родился, вырос, женился, родил двух сыновей и далее по списку у вас в городе. Родители, два брата и сестра проживают также в вашем городе. Имеется бывшая жена, с которой во время студенческой скамьи наш подозреваемый прожил два года, общих детей нет. Мадам на данный момент замужем и с бывшим супругом судя по всему контактов не имеет. Образование высшее, так же наш Константин Дмитриевич регулярно проходит курсы повышения квалификации. Тягу к знаниям, как говорится, не профукаешь. Согласно последнему медосмотру, здоров. Материальные, бытовые условия и доход на уровне, хотя, как ни старайся, всех денег не заработаешь. Отслужил наш подозреваемый в свое время в войсках связи. Из интересного – младший брат подозреваемого имеет погашенную, – не отрываясь от чтения, поднял указательный палец, Егор. – условную судимость за хулиганку согласно статье 213 УК РФ.
Но я, потеряв былое воодушевление, никак на сей факт не отреагировала.
– Ну что, никаких предположений? – отложил очередную папку Егор.
– Неа. – вяло помотала я головой, окружающая обстановка действовала усыпляюще, как опера на любого среднестатистического мужчину. – Хочешь чаю?
– Потерпи, всего двое осталось.
– У меня в голове уже все перепуталось. – заныла я. – Кто где служил, кто на ком женат, – все смешалось.
– Я оставлю тебе папочки, – похлопал Егор по большей стопке, – для усвоения информации.
– А напомни-ка мне еще раз, для чего мне это нужно? – подняла я бровь.
– Для того, чтобы от твоих детей отстали все, кому не лень, чтобы отвлечься и забыть о насущных проблемах, хоть и временно, – загибал пальцы Егор. – ну и конечно потому, что без тебя мне никак не справиться.
Наверное, когда он использовал взгляд, которым одарил меня в конце фразы, еще ни у одной женщины язык не повернулся отказать даже в самой незначительной просьбе. Вот и я исключением не стала:
– Но только, чтобы доказать, что дети тут действительно ни при чем. – напустила я в тон суровости, хотя кого пыталась обмануть?
– Я так и сказал. – кивнул Егор, и его руки завладели последней зеленой папкой. – Шуйский Андрей Борисович, в чьем кабинете, если ты помнишь, мы так славно отведали чайку после экскурсии. Трудится наш подозреваемый номер четыре начальником вышивального цеха. Местный, рожден в январе семьдесят пятого, единственный ребенок в семье. Был женат, но уже десять лет как в разводе, сын пятнадцати лет проживает с матерью. Образование высшее, к вам пришел, отработав тринадцать лет на аналогичном предприятии. Ныне живет весьма процветающе, хотя и приключилась с ним лет пять назад темная история с неуплатой алиментов, но как следует из документов, дело решили полюбовно, и с тех пор алименты наш товарищ платит исправно.
– Так может ему в этом месяце на алименты не хватило? – лениво предположила я.
– Весьма жизнеспособно. – потянулся Егор, похоже он тоже был далеко не так бодр, как хотел казаться. – Долг родине отдал, здоров, сомнительные знакомства отсутствуют. – закончил он чтение.
– Скучные какие-то люди у нас работают. Может хоть этот порадует. – кивнула я на одиноко лежащую желтую папку.
– Не думаю, что он сможет нас чем-то удивить, но проверим. – последняя, к моему удовольствию, папочка пошла в ход, я сидела и мысленно потирала руки, предвкушая скорое избавление. – Седых Александр Михайлович, единственный не начальник среди наших подозреваемых. Служит Александр Михайлович заместителем начальника вышивального цеха, о котором только что шла речь.
– Злостный неплательщик. – решила я показать, что штаны зря не просиживаю и важную информацию мимо ушей не пропускаю.
– Молодец. – одобрил Егор. – Родился наш замначальника за год до того, как первый в мире человек в космос полетел.
Я посмотрела на мужчину как на умалишенного:
– Мне это ровным счетом ни о чем не говорит.
– В шестидесятом. – уточнил Егор с таким видом, что я тут же своего невежества устыдилась.
– Простите мне мою серость, Егор Станиславович, только не оставляйте после уроков. – кривлялась я. – А то мне еще папочки заучивать.
– Мартышка. – хлопнул меня папочкой по лбу Егор.
– Э, я бы попросила без рукоприкладства. – потерла я не очень-то и пострадавший лоб. – И поаккуратнее с ценной информацией, кстати.
– Это ты про свою голову?
– Ха-ха. Это я про ни в чем не повинную папочку.
