— Наверное, мне не стоило вам его показывать…
— Нет, что ты! Я хочу увидеть остальные!
Вторая картина оказалась гораздо содержательней первой, на ней был изображён объятый пламенем город под пологом ночного неба, перечёркнутого падающей звездой.
Третья же, по всей видимости, являлась историческим полотном, изображающим знаменитое противостояние на руинах Эзера аниумского императора Альзара и бессмертного Артеана Ольтрийского.
— Бесподобно! Я никогда в жизни не видел столь совершенных картин, ты будто сам побывал там, Поль! Горящий дворец, храм с обваленной крышей…
— Нет, я не бывал в Эзере. Это моё видение…
— Та девушка тоже? С первой картины. Кто она?
— Не знаю…
— Я просто обязан показать их отцу! Пойдём, Поль! — взволнованный Эжен ухватил беженца за руку и тут же отдёрнул её, почувствовав, как вздрогнул юноша.
— Ой, прости меня! Твоя болезнь…
— Ничего.
«Какая нежная кожа… даже мои пальцы грубее…», — думал Вьюрок ошарашено, пока они шли по освещённым факелами коридорам особняка.
Отец читал при неровном свете свечей, седовласый благообразный Симон походил скорее на отшельника, чем на энира.
— Здравствуй, Эжен, как я вижу, ты закончил. А кто твоя спутница? — вежливо полюбопытствовал он.
— Это Поль из Зёрен, он художник, — смущённо объяснил Вьюрок.
— Прошу прощения, однако вы и впрямь слишком миловидны для юноши, — заметил глава рода де Итель, закрывая книгу и поворачиваясь на стуле. — Художник, значит, я весьма ценю подобные таланты, сам даже когда-то пробовал рисовать, а что пишете вы?
— Свои вид…
— Исторические полотна, отец! — перебил юношу Эжен, не желая усугублять и без того достаточно странное положение.
— О, занятно-занятно! Позволите? — Симон протянул руку к свёрнутому холсту, но Эжен вовремя успел подсунуть ему другой.
Расстелив картину на столе, владетель прижал один её край книгой, а на противоположный поставил цетинновый подсвечник.
Энир долго рассматривал полотно, а закончив, повернулся и окинул Поля долгим недоверчивым взглядом.
— События, изображённые здесь, имели место более четверти века назад, подробность же картины поражает! Я не знаю, как вам удалось создать это, но искренне восхищаюсь! Надеюсь, что вы не пренебрежёте моим гостеприимством и останетесь в Эн`Итель на правах почётного гостя и личного художника.
— Это честь для меня, энир, — склонив голову, ответил Поль.
— Хорошо. Огюст! — крикнул он, из прилегающей к кабинету каморки тотчас выглянул слуга. — Отведи гостя в одну из свободных комнат в восточном крыле.
— Как будет угодно, владетель, — кивнул тот, и поманил художника за собой.
