Приказчик вышел из-за стойки и прошел к огромной витрине. Окинул ее широким жестом, и Вероника увидела под стеклом чешуйки.
Тут были большие, размером с ладонь, и совсем мелкие, едва с ноготок мизинчика. Были тусклые и блестящие. Были черные, красные, зеленые и голубые. Прозрачные, как льдинки, и толстые, похожие скорее на обломанный панцирь.
– В заведении мэтресс Аллеманди самый широкий выбор драконьей чешуи, – горделиво сказал приказчик.
Вероника зачарованно таращилась на витрину. О Кто-То-Там, какая же ей нужна? Вот почему у нее нет Ментального Блокнота, как у мамы? Или запоминающего все попугая, как у папы? Это было бы так удобно…
А еще удобнее было бы прийти сюда с рецептом. Прямо в книге. Или успеть его переписать.
Но Веронику окружают недалекие, в общем-то, люди, которые все время мешают ее планам.
Нет, так, конечно, думать не надо. Это плохо… наверное.
Но что ж делать, если так все и есть?
– Так… а какой дракон самый кудесный? – так и не смогла вспомнить Вероника.
– Гм-гм… черный, наверное, – призадумался приказчик.
– Ну давайте тогда черного.
– Она самая дорогая, – с явным удовольствием сказал приказчик. – Тебе с хвоста, с боков или с морды?
– А… а какая разница? – совсем растерялась Вероника.
– В размерах.
– А… а дракон большой?
– Черный?.. Ого!.. самый большой!
И приказчик показал чешуйку, прислоненную к витрине. Она была размером в половину Вероники.
– А для зелий какая? – напряженно продолжала допрос Вероника.
– Самая мелкая.
– А это какая?
– На пальцах.
– А почему вы мне предложили любую другую? – начала сердиться Вероника. – Я сейчас сестру позову.
– Не надо, девочка! – сделал испуганный вид приказчик. – Давай вместе разберемся, что же нужно для этого таинственного зелья.
Вероника заподозрила, что он издевается. Но он говорил вежливо и все еще был ей нужен, поэтому отдать его на съедение Астрид нельзя.
– Самую мелкую чешую черного дракона, пыльцу феи… какой-то феи, масло полыни…
– Какой-то особой феи? – перебил приказчик. – Нам пыльцу поставляют разные феи. Есть росяные, цветочные, зубные, щедрые… даже злые бывают, хотя эти нам ничего не поставляют.
Вероника задумалась. Да, там точно было что-то про зло. И, возможно, это было про фею.
– Но у вас есть пыльца злой феи? – уточнила она.
– Есть. Не спрашивай, как мы ее заполучили, но она самая дорогая из всех.
Вероника вздохнула. Она уже поняла, что ожерелье Друктара влетит в кругленькую сумму. И при этом она может его запороть, потому что не помнит, сколько чего нужно.
С другой стороны – может быть, это как с готовкой? Не так уж и важны точные пропорции, лишь бы в котле оказалось разумное количество всего.
Но Вероника так не умела. Это надо звать енота, или маму, или папу… нет, папа умеет готовить только виски с яйцом. А енот… он… он папе точно доложит. А папа может согласиться с Мазетти, что ей такое не надо…
– Я должен заметить, что пыльцу злой феи используют только для… специфической магии, – задумчиво сказал приказчик. – И в основном не очень законной. Мы ее держим для некоторых очень добросовестных волшебников, которые знают, как с ней обращаться, но… ты уверена, что тебе нужна именно такая пыльца? Потому что я ее тебе так просто продать не могу. Мне страшно.
– Не уверена, – честно призналась Вероника. – Но там точно была пыльца феи. И мне кажется, что злой. А она очень незаконная?
– Ну-у-у…
– Я пойду и спрошу. Вон у того дядьки. Он должен знать.
Дядька, которого Вероника заметила в окне, напоминал дядю Аганеля. Она не могла сказать, чем именно, ей просто почему-то так показалось. Как-то он вот так же внимательно на все вокруг смотрел – словно ощупывал глазами.
– Нет, у него не надо, – почему-то очень быстро сказал приказчик. – То есть… ни у кого не надо. Я думаю, ты знаешь, что делаешь, раз уж мама дала тебе столько денег. Итак, чешуя черного дракона, пыльца злой феи, эфирное масло полыни… все?
– Еще чертополох и толченый рог единорога.
– А-а-а… это что-то против демонов? – догадался приказчик.
– Да.
– Девочка, а на каком ты курсе? Ты же маленькая девочка, да? И я прошу прощения, если ты… если вы, мэтресс, гномка… обычно вы иначе выглядите.
– Я девочка. Просто иногда я нечаянно призываю демонов, и они пытаются меня убить. И всех убить. Но я им больше не позволю.
– А-а-ага… ладно. Ты…
И тут приказчик переменился в лице. Он часто заморгал, а потом медленно произнес:
– Подожди… ты… Виранелла Дегатти?
– Вероника, – поправила Вероника.
Приказчик облегченно выдохнул. Глядя на Веронику теперь как-то иначе, он сказал уже серьезно:
– Ладно, девочка, давай посмотрим, что у нас есть. Сколько тебе нужно толченого рога?
– Чьи дела, мелкая? – покровительственно спросила Астрид, когда Вероника наконец вышла из лавки. – Купила… чо тебе там надо было купить? Что у тебя там?
– А у тебя что? – спросила Вероника, прижимая к груди сумочку, из которой предательски выпирал мешочек с чешуей.
– Так, ничего.
– И у меня ничего.
– Точно? Покежь.
– Сначала ты.
– А у меня там ничего особенного и подозрительного.
– И у меня. Я просто маленькая и совершенно не подозрительная девочка, которая занимается любимым хобби.
