– И правда, – Анна взглянула на часы. – Мы долго говорили, а я и не заметила. Ты верно предполагал, что завтра у меня будет свободный день. Знаешь, Том, – её голос стал более серьёзным, – я должна вложить больше усердия в твоё образование. Медлить больше нельзя.
– И к чему вдруг потребовалась спешка?
– Помнишь, я говорила об удивительной удаче, которая может изменить нашу жизнь, сделать её лучшей и достойной?
– Конечно, как я мог забыть! – подтвердил Том.
– Ну вот, кажется, сегодня мне встретилась такая, – задумчиво продолжила она. – Быть уверенной я пока не могу. Однако вероятность этого, пожалуй, высока!
– Это замечательно, но я совсем не понимаю, что именно ты имеешь ввиду.
Видя в глазах Томаса вопрос, на который было необходимо немедленно ответить, Анна впала в неловкое замешательство.
– Я… – она прикусила край нижней губы и на мгновение отвела в сторону взгляд. – Я не уверена, что тебе это понравится. Нет, я, скорее, убеждена, что не понравится. Поэтому прошу, позволь мне сперва убедиться в действительности той возможности, которую я пока только предполагаю. Быть может, мне и не придётся тебе об этом рассказывать.
– Хорошо! Если тебе так угодно, я не буду настаивать. Могу сказать лишь одно: если эта тайная идея не вынудит нас расстаться, я приму её, какой бы странной и нелепой она ни оказалась, – как всегда, спокойно заверил её Том.
– Расстаться? О, Боже, нет! – воскликнула Анна. – Об этом даже думать мучительно. Такой вариант я никогда не стану рассматривать! Расстаться мы можем только по воле смерти, помнишь?
– Да, только по воле смерти!
Том и Анна посмотрели друг другу в глаза и крепко обнялись, навечно скрепив произнесённую клятву.
Как и было решено, свой новый день они всецело посвятили знаниям. Теперь уроки речи, этикета и письма Анна посчитала наиболее важными. И хотя происхождение Томаса являлось неблагородным, его поведение и манеры были даже слишком хороши. Но этого, конечно, было бы недостаточно для того, чтобы слиться с людьми из высшего общества. Анна прилагала все усилия, задействовав все свои знания, навыки и наблюдения, дабы сделать Тома настоящим юным джентльменом.
– Ещё немного работы над мелочами, и никто не сумеет найти между нами разницы и не усомнится в том, что мы были рождены в одной семье, – говорила ему Анна. – Все поверят в нашу ложь.
– И я буду очень стараться стать безупречным во всём, – с тем же рвением отвечал Том. – Я всегда хотел стать джентльменом, поэтому избегал общения с другими уличными мальчишками. Я боялся перенять их речь и всё прочее, что могло убить во мне личность, пусть даже не совсем тогда развитую. Наверное, это был шёпот интуиции.
– Невероятно! Ты, словно, уже тогда знал, что тебе уготована лучшая участь. И, благодаря твоим былым стараниям, нам сейчас потребуется намного меньше сил и времени.
До самого вечера Том и Анна пробыли в комнате, лишь иногда делая перерывы на отдых или обед. Выйти на прогулку они не пожелали: день выдался крайне дождливый. С самого утра небо беспросветно затянула плотная, бледно-серая пелена из густой облачной дымки. Дождь лил без устали и казался нескончаемым. Однако хмурая капризная погода, побудившая многих жителей города разделить с ней угрюмое настроение, всё же не смогла заточить в домах абсолютно всех. Преданные гости кабаре мадам Гришо не поддались ложной, веющей сквозь оконные стёкла, усталости и унылой дремоте. Все они точно по часам и с бодрым настроением явились к началу вечера.
Вслед за уже прибывшими мужчинами ко входу в кабаре подъехал дорогой, выделявшийся роскошью, экипаж лорда Хёрста. Его внезапный визит не удивил лишь мадам Гришо. Для всех остальных приход лорда Хёрста стал сущей неожиданностью и даже поверг в шок. Девушки начали оживлённо перешёптываться в попытке найти этому объяснение.
– Я знаю в чём, а точнее, в ком – причина его неожиданного появления, – сказала Элен, перебив подруг.
Они тут же замолчали и одновременно перевели на неё свои широко раскрытые глаза, наполненные любопытством.
– Это Анна, – объявила Элен, выждав лёгкую паузу.
– Ах, ну да, кто мог сомневаться! – первой ответила Нэнс. Она произнесла это громко, с широкой улыбкой, выдающей сарказм, и одновременно равнодушным жестом руки. – Думаю, Элен, этим заявлением ты никого из нас не удивила.
– И действительно, не удивила, – поддержала её Софи. – В Анну влюблены все мужчины в этом городе и то, что лорд Хёрст последовал их примеру, даже немного радует. Слава Богу, он тоже мужчина, как и все, а не остывший безэмоциональный труп.
– Да, да! – отозвались остальные.
– У него всё же есть чувства! Браво! Теперь я могу спать спокойно, – Нэнс снова не сумела сдержать свои насмешки. – Однако сегодня его светлость покинет это заведение огорчённым: этим вечером Анна не выйдет на сцену.
– А, ведь, действительно, её стоит позвать! Пусть он хотя бы увидит Анну, – Элен дернулась в направлении двери, но Нэнс схватила её за руку. – Пусть сидит и ждёт её весь вечер! Пусть уйдёт разочарованным, не потешив своих прихотей! Немного страданий пойдёт лорду Хёрсту на пользу.
