- А мы выиграем! - улыбнулся я. - Плохой человек этот Худосоков... Очень плохой, мы его обязательно победим...
- Он не плохой человек, он гнусный... - вздохнула Полина. - А Оля твоя новая жена, да?
- Да... Почти.
- Ты не думай, я не ревную... Иди к своей жене, ей на горшок надо, а я с Леночкой поиграю - будем завтрак мужчинам готовить...
***
Когда я вернулся к достархану с Ольгой на руках, завтрак был уже готов. Он состоял из голландского сыра, чайной колбасы, хлеба и трех пачек йогурта. И все это было не из песка или глины, все это было настоящим.
- Это Худосоков с нами передал... - сказала Полина, заметив мое удивление. - Надо еще кипятка вскипятить - у нас есть пакетики с малиновым чаем...
- У нас нет спичек... - вздохнул я и, усадив Ольгу рядом с собой, перешел на шепот:
- Мои друзья их взяли с собой в подземное путешествие...
- Подземное путешествие? - дочь удивленно вздернула брови. Интересно...
- Да. В кровле штольни мы нашли вход в пещеру, видимо, очень длинную и разветвленную... Она куда-то наверх ведет...
- Мама читала мне про Тома Сойера и Бекки. Они очень страшные, эти пещеры, там злые индейцы, но они очень хорошо кончаются... Можно... Можно, я немножко привыкну к этой мысли и мы тоже начнем путешествовать? проговорила Полина и бросилась к Леночке, над головкой которой закружилась оса.
- Я же сказал, что у нас нет спичек... И фонариков тоже...
- У меня есть!
- Откуда? - спросил я, раскрывая пачку йогурта.
- Когда Худосоков пришел к нам домой, он связал бабушку, заклеил ей рот пластырем и сказал мне собираться в путешествие к папе. Ну, я и кинула в рюкзак ножик складной, два фонарика, которые мама дарит гостям на своих презентациях, батарейки да пачку печенья и пачку спичек...
- Просто замечательно! А бабушку Свету тебе не жалко?
- Жалко, но дядя Худосоков ей телевизор с сериалами включил и детектив рядом положил... Ты ешь сам, а тетю Олю я покормлю. Леночка уже съела йогурта и сыру много... Она молодец, послушная, хотя ты говорил, что это плохо...
- Если быть послушным, то станешь другим человеком - мамой, папой, бабушкой - но не собой... Ты чего уши закрываешь?
- Бабушка мне в прошлом году еще наказывала, чтобы я уши закрывала, когда ты такие неправильные вещи говоришь... Она вообще тебя очень не любит... Или наоборот...
- Взрослые всегда хотят, чтобы дети были удобными... А потом удивляются, что они в жизни ничего добиться не могут...
- Ты не злись! - посоветовала Полина, заметив, что я занервничал. - С твоей женой все хорошо будет, она выздоровеет, вот увидишь. Недавно я телевизор смотрела - там один мальчик очень хотел, чтобы его любимая девушка вылечилась, и она вылечилась... И жена твоя вылечится... Давай сейчас попьем чая, потом во что-нибудь поиграемся, а вечером пойдем в подземное путешествие?
"Она хочет потащить меня с Ольгой и Леночкой под землю... - подумал я, автоматически разжевывая колбасу... - Суворов в колготках... А, впрочем, почему бы и нет?"
3. Подземное путешествие. - Бельмондо попадает в неудобное положение. - С
ушами или без?
По подземным проходам Баламут пробирался первым, за ним двигались соответственно София и Вероника. Последним шел Бельмондо. В руках каждого горели лучины. Нитью Ариадны беглецам служило пламя - куда оно склонялось, туда они и шли, а вернее - протискивались, продирались, проползали. В начале пути на протяжении примерно десяти-двенадцати метров сечение пещеры в среднем было около квадратного метра и простиралась она вверх с уклоном от 30 до 50 градусов. Затем пещера приобрела вид анфилады гротов размером с хорошую комнату. Иногда из одного грота в другой можно было пройти в полный рост, но довольно часто приходилось сгибаться в три погибели и даже становиться на четвереньки. Пару раз путь подземным путешественникам преграждали частоколы сталактитов и сталагмитов, и тогда Баламуту приходилось разбивать их молотком.
...Еще утром Николай решил не только не искать своих сокровищ, но и думать о них забыть (он не знал точно, где они спрятаны; когда-то у него, вернее, у Александра Македонского был подробный план, но во время индийского похода он затерялся или был похищен). "Разберемся с Худосоковым - отправлю друзей и жену в Москву, а потом займусь поисками", - решил он.
Беглецы нервничали - вверх они продвигались уже около часа и давно должны были быть где-то на уровне верхушек скал, окружавших крааль. Но огонек их лучины все показывал и показывал вперед-вверх...
Однако скоро они увидели дневной свет - он струился сквозь открытую трещину, рассекавшую переднюю стенку и кровлю последней карстовой полости. Стенки трещины были ровными, отстояли друг от друга сантиметров на десять-двенадцать и, соответственно, думать о том, чтобы пролезть сквозь нее на свободу не приходилось.
- И до воли четыре шага... - пробормотал Бельмондо... - А трещина то свежая...
- Сейсмодислокация... - кивнул Баламут.
- Ты чего ругаешься? - попыталась шутить София.
- Землетрясение встряхнуло всю эту трухлявую скалу, вот она и раскололась.
- Придется ждать... - вздохнул Баламут. Лоб и щеки его были испачканы желтой глиной.
