Я привстал из-за стола, давая понять, что наш разговор окончен. Я вышел из комнаты. Внутри было странное ощущение какого-то ликования и чувство собственного удовлетворения.
На улице отряд добровольцев потихоньку редел. Командиры разбирали бойцов в свои отряды. На горизонте я обратил внимание на фигуру очень крупного мужчины, двигавшегося в развалку. Он шел медленно и не спеша. Ростом больше метра девяноста, больше ста килограммов веса. Он не был полным. Это был массив живой ткани, сильный и твердый. Коротко стриженный, по-армейски, в солнцезащитных очках. Облаченный в черную футболку с изображением оскала серого волка, в бриджах цвета хаки и резиновых кроссах, он походил скорее на байкера на отдыхе, нежели на одного из командиров штурмового батальона. Круглое лицо, с равномерной посадкой широких глаз, прямой нос и довольно крупные губы. Щетина украшала его, делая более жестким и стержневым. Я с интересом провожал его взглядом, прежде чем осознал, что он направляется ко мне.
— Ты Рузай? — Его голос басил.
— Да, — коротко ответил я.
— Рузай, пойдешь ко мне начмедом в батальон?
Я, честно говоря, опешил. Должность манила меня, поэтому я больше склонялся согласиться.
— Пойду.
— Борей, — здоровяк протянул мне руку.
Я ответил рукопожатием.
— Я командир второго штурмового батальона. Работы у тебя будет навалом, — он усмехнулся. — Этих ты уже знаешь.
Невдалеке, прячась от палящих лучей солнца, стояли Гладиатор, Кузбасс и Велес.
— Они тоже в команде.
Я ответил кивком головы, мысленно благодаря Бога за то, что со мной будут знакомые лица.
— Бери шмурдяк и все вместе идем в расположение.
Гуськом, семеня за нашим командиром по асфальтовой дорожке, мы прошли мимо одного из корпусов: стены были обшарпаны, кое-где зияли дыры в кладке. В основании здания, переплетаясь, рос чертополох. Стояла сушь, и потому картина напоминала чем-то местность из игры «Сталкер». Через пятьдесят метров мы остановились. Борей указал на белое здание с двумя лестницами, одна из которых следовала в подвал.
— Так, мужики, поднимаетесь на этаж, найдете Химика или Бай Фая, они объяснят, что к чему.
— Все ясно, — ответил Гладиатор. Кузбасс, Велес и я молчали.
На этаже пахло сыростью. Направо уходила лестница наверх. Стены были покрыты синей краской, в некоторых местах зияла серая шпаклевка, там где краска отходила целыми пластами. Мы прошли вперед. Дверь отворилась. В проеме показалась длинная мужская фигура. Это был Химик. Ростом чуть больше метра девяносто, сухой, в то же время жилистый. Он каждому протянул руку. Чувствовалось мужское рукопожатие. В лице не было лжи, ехидства. Он с интересом наблюдал за нами.
Закурив, он сказал:
— Налево дверь, посмотрите, там склад с гуманитаркой. Что из вещей нужно в плане трусов, маек, носков, можете взять. Уяснили? Так вот, спускаетесь на минус первый этаж, ищете свободную шконку, занимаете ее и потом ко мне, объясню, где получить оружие. Все понятно?
— Так точно, — ответили мы.
— Если что, я буду здесь, найдете меня.
Вход на минус первый этаж был низким, а потому приходилось сгибаться в три погибели. Запах сырости становился еще сильнее. Мы шли по узкому коридору. Справа была дверь из металлических решеток. Краем глаза я отметил большое количество оружия, аккуратно сложенного на деревянных полках. Дальше были жилые помещения. Двухъярусные деревянные шконки-койки, застланные спальными мешками. Практически все было занято. Вторая комната была просторнее: в центре была столешница, заваленная сухпайками, коробками с чаем и лапшой быстрого приготовления. Ближе к стенке стоял стол с парой наспех сколоченных лавок.
— Ребят, второй ярус практически свободен. Вы как хотите, а я себе место нашел.
Гладиатор сбросил рюкзак и, немного подумав, стал вить свое гнездышко на втором этаже шконки. Мы последовали его примеру. Через полчаса, скинув бремя рюкзаков и вещмешков, мы в сопровождении Химика шли в сторону оружейки. Шли бодро, лишь изредка перекидываясь банальными фразами, что-то типа «Здесь хорошо, природа!» До оружейной было идти не больше ста метров. Помимо арсенала в здании располагалась разведрота, а на втором этаже — медицинский взвод. В здании были высокие потолки. На стенах в некоторых местах радовала глаз мозаика советских времен с изображением счастливых лиц атлетов, художественных гимнастов с разноцветными лентами и обручами. Направо уходила лестница на второй этаж, к медикам. Химик целенаправленно прошел к дальней стене, туда, где была открыта дверь. Облокотившись на деревянную перегородку, разделявшую вход, на нас смотрел оружейник. Он безо всякого интереса ответил кивком головы на наши приветствия.
— Ну-с, начнем. Так, Гладиатор, ты у нас пулеметчик.
Оружейник снял со стены массивного размера ПКМ. Он осмотрел короб, рукоятку, передернул затвор. Удовлетворенный увиденным, он торжественно вручил оружие Гладиатору. Последний восхищенно принял в свои руки пулемет. Увесистое орудие практически сразу же пришлось Гладиатору по вкусу. Он нежно погладил ствол.
— Родненький ты мой.