Теперь уже тому пришлось скрещивать над головой топоры, чтобы принять на себя удар воли и мистерий. Синий клинок, длинной в десять метров, украшенный орнаментом в виде летящего по небу дракону, в рубящем ударе упал на перекрестие топоров.
Степной Клык зарычал от натуги. Его стальные ноги зашипели паром и магические руны и символы вспыхнули.
Затем металл скрипнул. Первый раз. Второй. Щепки стали, выстреливая из искусственных ног, пронзали остатки каменных шипов и уносились на километры в разные стороны. А спустя мгновение орк исчез в образовавшейся под ним воронке — ноги выдержали давления, а вот земля — нет.
Краем глаза Хаджар увидел, как одна такая щепка пробив щит охотника из Ущелья Смерти, прошла на вылет через плечо. Орк только осклабился и еще громче закричал боевой клич.
— Сразись со мной, Северный Ветер! — Степной Клык выпрыгнул из воронки, на дне которой оказался после блока удара Хаджара.
Нанесенного даже не мечом, а лишь рукой…
Хаджар смотрел на огромного, коричневокожего орка. Его черные руки и ноги, сверкая алыми рунами и иероглифами, сияли на солнце.
Хаджар смотрел на Степного Клыка, но видел перед собой Неро с лицом Эйнена.
— Аргх! — вновь взревел Степной Клык.
Как и когда-то очень давно, скрестив топоры, он метнул их перед собой. И каждый, превращаясь на лету в пятиметрового волка, вспарывал когтями почву. Их клыки сабли. Их когти копья. Их шерсть — шипы стали. Их глаза — сияющие раскаленные угли.
Огромные, полные энергии и первобытной мощи, они и мокрого места не оставили бы от Тома Безродного.
Синий Клинок оцарапал воздух перед собой. На его острие вспыхнула синяя искра и из широкого пореза вырвался поток сокрушающего ветра, внутри которого плясали драконы.
Они смели двух волков, а затем, пройдя рядом со Степным Клыком, пронеслись на несколько километров, пока не поднялись в небо и не разорвали в клочья крышку серых облаков.
Снегопад, на несколько секунд прервался.
Слева от Степного Клыка, на руке которого остались глубокие порезы, из которых текла жидкая сера и лава, землю расчертила борозда глубиной в два метра, а шириной вчетверо больше.
— Ты… про…играл… — с трудом прошептал Хаджар. Использование воли в бою все еще давалось ему с трудом. А учитывая, что у него не осталось алхимических пилюль, то ситуацию обострял и факт того, что Ядро оказалось опустошено едва ли не на половину.
Хаджар кинул под ноги Степному Клыку обломки его топоров.
— На этом бой зак…
— Он еще только начался! — и стальная волчья лапа, рассекая одежды Хаджара и его плоть, отправила его в короткий полет. Спиной врезавшись в землю и с хрипом сплюнув кровью, Хаджар осознал себя лежащим на дне глубокого желоба, который он пробил собственным телом.
Хаджар, не без удивления, приложил ладонь к груди, а когда отнял её, то увидел кровавые следы. Рывком выскользнув из пятиметрового желоба, он приземлился на вершине одного из каменных клыков, выбитых из породы еще в самом начале поединка.
— Сразись со мной в полную свою силу! — прорычал, а не произнес, Степной Клык… ну или то, что им некогда было.
Присев на корточки, используя в качестве опору руку… или лапу, перед Хаджаром сидело нечто. Все его могучее тело покрывала вязь алых символов. Броней татуировок они покрывали мышцы орка.
Изменилось его лицо — стало более вытянутым и звериным. Клыки, которые выглядели недавно поломанными и желтыми, теперь словно “встали на место”, сформировав очертания волчьей пасти.
Собственно, его металлические ноги превратились в волчьи лапы, а руки — в подобие оных, только короче.
Будто ликантроп- человекоподобный (только оркоподобный) оборотень сошел из сказок бабушек и матерей. Он ронял слюну, которая серой прожигала нагретую и взрыхленную землю.
— Брат мой…
— Аргахаууууу! — то ли взвыл, то ли прорычал Степной Клык.
На этот раз его рывок оказался такой силы, что сперва сам Степной Клык переместился на ту же каменную иглу, на которой стоял Хаджар, затем на том месте, где он был только что, хлопок разогнал ореол белого облака и только после этого огромные каменные массивы хвостом, высотой в человеческий рост, вытянулись на сотню метров позади него.
Удар когтистой лапы, который на этот раз не оказался неожиданностью для Хаджара, разрывая потоки воздуха и, будучи исключительно физическим, лишенным всякой энергии и мистерий, сумел исказить потоки Реки Мира.
В реальном мире это отобразилось ворохом разноцветных искр, которые до красна раскалили когти Степного Клыка.
Хаджар, используя максимум возможностей своих скоростных навыков, оборачиваясь белой молнией (которая, в бою, применялась куда быстрее “Пути Среди Облаков”) рванул в сторону.
Находясь внутри Шага Белой Молнии, он не мог использовать атакующие или защитные техники. Так что лишь наблюдал за тем, как четыре разреза, созданных взмахом когтистой лапы, вспарывая землю, унеслись едва ли не на километр в сторону Сухашима.
Оказавшись на самой границе круге (границы которого теперь существовали лишь в памяти сражавшихся) Хаджар поднял меч в защитной стойке, но лишь едва успел парировать летящую в него каменную глыбу.
