И Дагорм посмотрел на деревенского рыбака. А тот уже и не слушал. Схватив с песка сапоги, он бросился бежать в сторону скал, откуда доносились голоса. Старик лишь покачал головой ему вслед и проворчал:
– На месте милорда я б лучше половил крабов, чем жемчуг. Горячий сытный обед скоро понадобится всем, а о нём никто не думает.
С этими словами Дагорм скрючился и мелко засеменил по песку. Подняв с земли длинную палку, он крепко сжал её в руке и, замахнувшись, оглушил затаившегося неподалёку краба. Довольно хмыкнув, Дагорм поднял добычу и медленно зашаркал дальше.
Вода была мутной. Подводные течения взбунтовались и оспаривали первенство друг у друга, поднимая с морского дна ил. Длинные водоросли вязались в причудливые узлы и ловили Рина за пятки. Недовольно замотав головой, он высвободил ногу из скользких зелёно-голубых пут и рванул к поверхности воды. Высунув голову, он тут же громко фыркнул и жадно вдохнул бывший уже на исходе воздух. Громко шлёпая и разбрызгивая повсюду воду, Рин выкарабкался на берег и упал на песок.
– Чтоб меня… – только и хватило его что на эти слова, – бр-р.
– Что-то нашёл?
Голос Стернса своей хрипотой резал слух. Рин скривился, успев при этом опустить голову, чтобы не показывать раздражения.
– Ничего. – Косая ухмылка сошла с лица, и Рин начал наклонять голову то вправо, то влево, вытряхивая воду из ушей. – Дно другое.
– Что значит «дно другое»?
Подняв глаза на Стернса, Рин сглотнул и зачастил:
– Я не дурак, ваша милость, клянусь, не дурак. И не пил. Но говорю вам, дно другое. То, что раньше... где раньше... ну, где раньше раковин полно было... Так оно в кораллах всё было. А это сплошное болото в цвету. И песок. Ни одной жемчужины. Вот, хотите карманы проверяйте!
С этими словами Рин вывернул наружу карманы штанов и мешочек для сбора жемчуга, прикреплённый к поясу.
– Попробуй ещё раз, – твёрдо произнес Гай. – Дно не может взять и измениться за пару дней.
– Всяко не может, – поддакнул Рин, – но если бы только дно...
Рину не дали договорить.
– Где Рики? – услышал он шёпот над самым ухом.
Лениво повернув голову на голос, увидел перед собой взволнованное лицо Далена и подмигнул, еле заметно кивнув в сторону горы и джунглей.
– Продолжайте нырять. Ты и та девчонка, – холодно распорядился Стернс. – Кстати, где она?
– Рыщет под водой вон у тех скал, – махнул рукой Рин. – А я сейчас передохну и попробую удачу на другом конце острова.
Гайлард одобрительно кивнул.
– Нужно осмотреть весь остров. Я должен знать об этом месте всё.
– Я уже оббежал его утром, милорд. – Дален выпрямился и шагнул к Стернсу. – Ничего примечательного. На том берегу за горой вообще пустота, даже скал нет.
– А сама гора? – нетерпеливо перебил рыбака Гай. – Её осмотрели?
– Не успели, милорд.
– Возьмём всех людей, прочешем заросли и подножие горы. Сколько сможем до заката солнца. Этот остров не может быть пуст.
А остров и не был пуст. За плотной стеной разросшихся деревьев, перевитых лианами, кипела своя жизнь. Сюда не вмешивался ветер – он носился лишь поверху, не проникая в глубь зарослей; здесь не кучковались облезлые вороны, облепившие гору и береговую линию; тут не было слышно даже шума волн – только тихое монотонное шуршание и переклик пестрокрылых птиц.
Стараясь вторить убаюкивающей тишине джунглей, Рики тихонько переминалась с ноги на ногу. Рин вовремя толкнул её в сочно-зелёные дебри. А сам соврал, что она уже под водой. Вцепившись руками в широкий ствол высоченного дерева, девушка стояла на месте, прислушиваясь к звукам с берега и ожидая, когда тот опустеет и можно будет выбраться из убежища. Но полоса вдоль моря всё не пустела. И Рин опять ушёл на глубину. Боясь быть увиденной, Рики тихонько ступила в глубь леса.
Сочные, мясистые, полные влаги и мякоти, растения расступались перед девушкой, заманивая её в своё логово. Лианы, свисая с деревьев, путались в волосах, играя с ними и ненароком завязывая в мелкие узелки. Рики уходила всё дальше и уже было заплутала, как вдруг услышала голоса. Спрятавшись за большими крыльями яркого жёлтого цветка, она затаила дыхание и прислушалась. То были лучники, но среди голосов она узнала Далена. Шли к подножию горы. Хорошо. Значит, можно потихоньку возвращаться на берег и дожидаться всех там, делая вид, что от проведённого времени под водой дыхание сбилось, а раковины с жемчугом так на глаза и не попались. Или Рин поделится добычей? Рики поёжилась. Если и поделится, то заломит такую цену, что после лучше и не жить. Он уже обдал девушку таким жарким дыханием утром, что та мигом открыла глаза и подскочила.
Показное враньё было раскрыто; спор проигран. Никто она Стернсу: никем была, никем и останется – нечего было завираться. Рин выбрал верный, хоть и рискованный, способ узнать правду, причём в кратчайшие сроки. Уже и про должок намекнул; скоро потребует. Такие, как Рин, своего не упустят.
