– Именно они, – кивнул генерал и народ изрядно напрягся. Для равнинных жителей Белые Обезьяны оставались детскими страшилками, а для горян – зимними кошмарами, которых стоило избегать. – и, кроме ледяного дыхания, их ядра содержат огромное количество ледяной энергии. Так что вместо того чтобы делать укрепления из металла, что долго и контрпродуктивно – мы построим здесь ледяную крепость.
Саймон защелкал счетами, а Тур задумался.
– Нам понадобиться примерно… – начал снабженец.
– Три сотни таких ядер, – закончил инженер.
– Три сотни, – разом выдохнули остальные офицеры.
Стоило отметить, что самые слабые особи Белых Обезьян находились на стадии Пробуждения Силы. А взрослые, обычно, достигали Вожака. И нельзя забывать о их альфа-самце, которых находился даже на более высокой стадии, чем Вожак.
Абсолютно безумная идея, но, судя по сиянию синих глаз генерала – его это нисколько не волновало. Казалось, что его талантом был вовсе не меч, а способность делать невозможное возможным.
– Когда начинать формирование отрядов, мой генерал? – спросил поднявшийся с места глава разведчиков. Он же был ответственен и за охоту.
– Как всегда – вчера. Звери придут через полтора-два месяца, а значит еще месяц назад здесь должны были стоять укрепления, которых нет. Так что выступаем завтра же!
Разумеется, на следующий же день на охоту выйти не получилось. Как не получилось на второй и на третий. Для начала погода решила окончательно испортится и вокруг барьера кружил настолько сильный буран, что создавалось впечатление, что весь мир кроме шестого павильона превратился в снежный кокон.
Порой Хаджару даже казалось, что огромные иероглифы, кружившие вокруг плато, немного трескали и искрили, когда их бил очередной порыв северного ветра. Балиумцы говорили, что любой, кто выйдет в такую погоду в горы, не станет кормом для зверей – он просто тут же замерзнет.
Лергон, сидя по вечерам у костра, рассказывал старые легенды горян. О том, как в такую бурю сражались Дергер и Король демонов. А бурю поднимал Повелитель ночных кошмаров – Хельмер.
Неро и Хаджар всегда переглядывались в такие моменты.
Для большинства эти рассказы звучали как сказки, но для людей, воочию видевших Повелителя кошмаров… Что ж, стоит отдать должно умениям Лергона в стезе рассказчика – сон потом приходил не скоро.
Иногда эти истории о богах и демонах заставляли Хаджара подолгу размышлять. Если в мире существовали Бессмертные, оказавшиеся “просто” безумно сильными адептами; существовали демоны – те же адепты, выбравшие своим путем энергию хаоса и разрушения. То, быть может, существовали и боги? Что-нибудь вроде древнейших адептов или духов, порожденных не плотью, а самой рекой энергии.
Были и такие легенды. Их часто рассказывала Сера, когда приходила её очередь травить вечернюю байку. Правда, её рассказы больше напоминали песни. Старые, как сама пустыня.
Песни о духах и джинах, которые выходили из песка и тысячелетиями бродили среди людей. Порожденные не плотью, а самим миром, они обладали уникальными способностями и рожденные от них дети становились великими героями.
Сейчас же Хаджар стоял в отдалении от лагеря и смотрел на тренирующихся воинов на плацу. По всей армии прошел клич о том, что генерал собирает отряд, который лично поведет в горы.
Надо ли говорить, что желающих среди двух миллионов нашлось… примерно эти самые два миллиона. Увы, едва ли не девять частей из десяти тут же отсеялись.
Для масштабной охоты на Белых Обезьян требовались только практикующие не ниже стадии Формирования. А, желательно, и вовсе – Трансформации.
Увы, последних на всю армию набиралось не больше нескольких десятков человек. Это считая всех старших офицеров и их помощников. Хаджар не мог себе позволить полностью обезглавливать армию и потому взял лишь нескольких, рангом пониже.
Основной же костяк отряда составляли практикующие Формирования Осколков или Ядра. И, несмотря на то что армия – единый и слаженный механизм, в нем всегда есть элитные подразделения, привыкшие действовать независимо и самостоятельно. Это и привело к весьма неожиданной проблеме.
Простые рядовые солдаты умели стоять строем, воздвигать за мгновения стены щитов, по команде могли принять одно из десятков построений, но… всего этого были лишены сильные практикующие.
Каждый офицер использовал их как свое секретное оружие, оставляя действовать на собственное усмотрение.
В итоге на плацу собралось пять сотен людей, понятия не имеющих, что значит – “действовать сообща”. По одиночке они были весьма внушительной силой, но все вместе – сбродом, который мешал друг другу.
Благо, что это проблемы вскрылась до того, как именно их Хаджар повел бы на приступ пятого или четвертого павильона.
Так что вот уже второй день все эти пять сотен, под командованием Гэлиона, стояли на плацу и тренировались. Никто лучше кавалериста не разбирался в том, что значит настоящая “слаженность”. Потому как в его подразделении люди должны были кооперировать не только с друг другом, но еще и с лошадьми.
– Ты уверен, в том, что они потянут? – спросил вставший рядом Неро.
