Ольгия призвала завитки тумана, которые превратились в дымчатые завесы и ухудшили видимость. Солдаты спотыкались, наталкивались друг на друга, а туманная вуаль все уплотнялась, ослепляя их. В дымке появились зловещие силуэты, и захватчики атаковали воображаемого врага, убивая своих же. Хотя туман и отвлек армию, она все равно продвигалась, атакуя вслепую.
Лорд Орон и сестры продолжили атаки с высокого утеса над бутылочным горлышком, но они не могли остановить Утроса. Захватчики маршировали по тысячам трупов товарищей. Генерал в рогатом шлеме и золотой маске походил на демона, когда подгонял их.
— Готовьтесь! — обратился Зиммер к шеренге защитников, занявших позиции недалеко от входа в каньон. — Мы должны удержать проход.
Натан воззвал к своему дару и приготовился сражаться с приближающейся мешаниной мечей и солдат.
Рува, стоявшая снаружи узкого прохода, призвала еще больше магии и создала мощный взрыв, от которого скала содрогнулась. Изломанная молния породила в камне утеса трещины, отколов целые глыбы. Оглушительная атака колдуньи разрушила участок стены, превратив его в камнепад. Когда стих рев и осела пыль, оказалось, что проход стал в три раза шире.
Не обращая внимания на огромные потери, тысячи солдат с воем ринулись в скрытый каньон. Путь им преграждали лишь Натан и горстка защитников.
Аббатиса Верна осталась одна в опустевшем главном алькове. Она наблюдала за битвой в узком устье каньона, где Натан, генерал Зиммер и их решительные солдаты приготовились сдерживать вражескую армию. Верну восхищала их уверенность. Натан уже не раз доказывал, что он намного сильнее, чем она думала. Он сбежал из Дворца Пророков после тысячелетнего заточения, избавился от железного ошейника Рада-Хань — а это считалось невозможным. С тех пор он проделал большую работу и добился поразительных успехов.
Размышляя о днях во Дворце, Верна подумала и об Уоррене, усердном и отзывчивом ученом, который покорил ее сердце. Она так сильно его любила. Верна старалась не вспоминать о его гибели в сражении с войском Имперского Ордена. Эта потеря чуть не раздавила ее.
Когда они с Уорреном наконец разглядели друг друга, Верна захотела провести с ним всю свою жизнь, но история их любви вскоре трагически оборвалась. Это было ужасно несправедливо. Она предпочитала смаковать драгоценные воспоминания о том, что у них было, вместо того чтобы горевать о том, чего они не успели. Прошел уже не один год, но ей по-прежнему не хватало Уоррена. Насколько другой была бы ее жизнь, если...
Под свист ветра она шагнула к краю и посмотрела на ручей, текущий по дну каньона. Белые овцы в отсутствие пастухов разбрелись и бесцельно щипали траву. Жилища в скалах были пусты, и Верна надеялась, что ушедшие оттуда люди будут в безопасности. Если каким-то чудом Натану и защитникам удастся удержать вход и отогнать вражескую армию, люди смогут вернуться домой.
Она вспомнила, как ей, Ренну и их небольшому отряду удалось спровоцировать сход крупной лавины чуть ниже Кол Адаира, уничтожив одним махом десять тысяч древних солдат. Натан, одаренные Ильдакара, сестры Света, ученые Твердыни и д’харианские солдаты способны сделать не меньше! Может, у них все-таки получится.
Но Верна была слишком практична, чтобы верить, что они смогут постоянно сдерживать нападение врага — несмотря на всю самоуверенность Натана. Она знала, что случится дальше, и была готова.
Покинутый каньон был таким пустым и тихим, что Верна на короткое время ощутила себя в убаюкивающей безопасности. Рядом сновали ласточки, устроившие гнезда в небольших нишах в скалах. Птицы беззаботно щебетали, и аббатиса позволила себе улыбнуться, наслаждаясь спокойствием. Она знала, что это не продлится долго.
За пределами каньона послышались рев, крики и лязг оружия, когда генерал Утрос нарвался на первую линию обороны и ловушек. Д’харианские силы сформировали сплошной барьер на выходе из узкого прохода. Натан и его одаренные товарищи заняли позиции у внешней стены. Даже с высокого утеса Верна могла ощутить напряжение в воздухе.
Когда первые ряды врага прорвались через бутылочное горлышко, обе стороны пустили в ход магию. Ударные волны с шумом пронеслись через узкий вход в каньон, скала содрогнулась и раскололась, разрушившись с обеих сторон. Передние ряды захватчиков хлынули через пролом, напоминая стаю волков.
Приставив ладонь козырьком ко лбу, Верна наблюдала, как Натан создавал шары огня волшебника и швырял в наступавшего врага. Яростное пламя поглотило немало древних воинов. Торн и Лайес двигались стремительно, походя на жалящих ос, нанося удары, уклоняясь и вонзая ножи в противников.
