— Помнишь шарф, что ты мне дала? А ведь я носила его не просто так, Вэл. Каждую ночь я связывала себе обе руки за спиной, потому что стоило заснуть, мои ладони горели. Я вспыхивала пламенем, прямо под печатями. И я делала это на протяжении десяти лет. Все те годы остальное моё тело оставалось ледяным, ночью я как будто покрывалась корочкой льда, под которой горело всё до костей. Затем Арту понадобилась моя пыль и коснувшись второй раз, стало в разы хуже. Я начала дышать в такт его дыханию. Когда он задыхался, я резко переставала дышать ровно… если…. если он не дышал от тренировок, я тоже не могла сделать вдох. Я чувствовала все изменения его дыхания на любой дистанции. Одновременно. Теперь всё, что случалось с ним, происходило со мной тоже.
- Что ты сделала?
- Угадай. Сглупила. Я пошла в библиотеку и попыталась отменить часть этого заклятия. Но тогда понятия не имела, что это лишь стадии. Что коснуться чужой пыли, а не куска мешковины — первый этап. Я кормила таким образом Арта каждый день и на то время моё тело стало неразрушимым для любых атак, я словно становилась из стали на больше, чем полсуток и потому первые испытания некоей связи между рабом и хозяином казались и мне тоже слишком лёгкими. Мы подумали, что дальше будет так же, то была малая ошибка. Огромной она стала, когда я рассказала в очередную ночь боли Саламандре. Она показала мне книгу, в её кабинете и ушла. Если бы я знала… что это ловушка.
- Она поймала тебя?!
- Не совсем. За чтением я начала дрожать и задыхаться. И видимо, отключилась. После этого рейда я должна была приходить и читать несчастную книгу каждый день. Я ходила и мне становилось только хуже. Тело начало дрожать от холода каждые полчаса. И заметил Сумрак, он попытался несколько раз, но его огонь меня не грел. Ни еда, ни вода, ни одеяло — ничто больше не защищало от холода. У меня синело и наверное, чернело лицо как у мертвеца. Тогда он сказал: Давай прекратим испытания. И именно тогда мы оба узнали, что остановить не можем ничего. А на следующий день обменялись мыслями. Предпоследний этап перед кровью. Теперь я не имею ничего своего, даже чувств. Всё моё стало принадлежать ему, а куда делась я сама — больше не знаю! Если я могу подумать о чём-то хоть пару минут в уединении это великий подарок, потому что стоит начать думать Сумраку, я слышу каждое движение его мысли, я вижу его сны вместо своих и меня так же душит и швыряет на предметы его любое кошмарное сновидение! Так что не говори мне о боли! Уже быть просто не похожей на других это больно, никто не знает этого лучше, чем я! Никто… в этой Академии.
— Ты рассказала всё Саламандре тогда, а мне лишь сейчас! Почему?
Вэл тоже закричала и она опомнилась.
— Я не хотела, боялась передать тебе эту боль, поэтому молчала, хотя ты должна была узнать первой, но Саламандра засекла меня раньше, чем я бы успела поговорить с тобой. Вэл, я вовсе не…
— Можно? — девушка со слезами и улыбкой протягивала руку. Кира открыла рот.
— Ч-что?
— Мне взять часть твоей боли?
И детская игра с невидимым предметом заставила её тоже улыбнуться.
— Поэтому я не заметила ничего на твоей шее… для тебя вот так трястись или терпеть вовсе не в новость. Понятно, — в её руках становилось спокойно, как в лодке на воде.
— Только не трать на меня силы целителя…
— Эх, что с тобой поделать, Скрывающаяся…
— И не называй так.
- Хорошо-хорошо.
Принцесса поспешно вышла из комнаты, захватив талисман звука на свою грудь, чтобы передать сообщение.
— Ха, слёзы, боль? Лучше я убью того, кто создал эту связь. Пусть даже хотя бы во сне.
Кира с трудом закрыла глаза и развернулась горящей печатью в подушку.
— По-мо-гите. Па-па…
Во сне она прошептала:
— Отказываюсь… я отказываюсь, только прекратите это!!!
Крик пронзил пустоту и Кира проснулась, рывком сбросила с головы компресс.
— Фил? Что происходит? Что ты делаешь в моём кабинете? А… где мой кабинет?
— Всё хорошо, принцесса. Всё хорошо, — феникс забрался к ней, лёг котом поверх одеяла и обернул таким же дрожащим хвостом. Просто мой жар сейчас украдёт твой. Всё в порядке…
Снова открыла глаза. Темно, подошла к окну. На небе звёзды, слабо светится барьер, под головой была книга вместо подушки.
— Ох, я величайший грешник на Земле? А ведь так и есть… враг эльфов среди эльфов… давно уже на сковородку пора, вечную… эй! — и крикнула в потолок: — Тот, кто посылает мне эти испытания! Предупредите, когда у меня появится хрустящая корочка! Хочу попробовать, я сто лет мяса не ела!
Девушка горько усмехнулась и поприветствовала глазами стопку документов до потолка. Ей предстояло подписать все эти несколько тысяч Вызовов для каждого эльфа, начиная с младших курсов, на годы вперёд.
— О, Вызов Ильи тоже перенесли… против Фила?.. Интересно было бы посмотреть… огонь и камень — забавное сочетание. Они оба как никогда сильны.
— Ммм…
— Сумрак? Ты чего у стенки сидишь? И за ногу держишься?
— Отстань… больно, — совсем неслышно прошептал эльф.
Вэл тихо прошла по темноте от двери за лучиной и едва осветила лицо теневого. Тот закрылся рукой.
