Саламандра щурилась всё больше.
— Т-ты же не можешь быть дочерью королевы природы? — робко спросила одна из девочек.
— Высоко замахнулась, — и Кира впервые по-настоящему улыбнулась. — Для вас я — никто, как и он.
— Сумрак наш друг! — воскликнул Лим, выбившись вперёд всей своей грузной тенью.
— А вам известно, что у друзей и союзников, и даже у врагов есть свои обязанности? Так кто же он для вас? Вы хоть раз за свою жизнь сказали ему элементарное «спасибо»? Вы выбрали одного и мотаете его на все линии фронта, посылаете доставлять письма… вы выбрали не просто так. Он не один только эльф и вам это хорошо известно. Он охотник, способный убивать. И по этой причине вы поставили его защищать Светлых и Тёмных эльфов, так же, как человеческий мир.
— Тогда-то я и подумала, что на корабле, когда Кира попала под контроль ты что-то напутал с противоядием. Она до сих пор говорила то, что на сердце осталось. И это… её сильно жгло. Как душу, так и тело.
— Вы хоть раз задумывались, какими усилиями он охраняет птиц, которых вы сказали ему охранять? Когда он улыбается и насмехается над вами с раннего утра, он слышит от вас лишь «прочь, прочь, прочь!» всю свою жизнь. А поступаете вы так лишь потому, что он терпит. И молчит. А вы бы не стерпели. И вы не можете понять, как это. Вы не замечаете слёзы в его глазах сквозь улыбку насмешки над вами, вы ни разу не дали ему воды или еды, вы бросаете в него самые сильные атаки и посылаете заряженные ножи в его спину и ни один из вас, называющих себя друзьями ни разу не дал ему лекарства от укусов барсука или после столкновения с кем-то более серьёзным. Просто, чтобы убрать последствия. Так кто он для вас? Если вы все такие добрые, светлые и тёмные, блюстители закона… — она зашипела и выдохнула. — Вы обесценили то, ради чего эти законы и правила созданы. Вы обесценили его жизнь. Поставили ниже ваших, а ведь они равны. Он столько раз вас спасал без надежды на завтрашний день, он больше всего боялся обидеть кого-то и почувствовать с вашей стороны настоящую ненависть к себе, потому что ничего другого никогда вы ему не давали и хотите, чтобы он считал вас друзьями? Когда вы кормили его этой ненавистью! Даже в минуты, когда его подвешивало над кроватью и душило во сне ожившими кошмарами, его же союзники не попытались ему помочь.
— Мы не делаем этого для него.
Глаза Киры потемнели.
Принцесса быстро закрыла рот мальчугану.
— На нём же что-то вроде заклинания неприкосновенности, он сам себя отделил. Его никто не может касаться без удара током…
— Вэл, то есть ты не удерживала его за плечо от атаки на корабле?..
— А… я рассчитывала, что ты ничего не вспомнишь… — она не смела отвести глаза от этого прицельного взгляда.
— Я помню. Я понимала всё, что происходит вокруг, но не могла контролировать свои слова и действия. И меня, почему-то, спасал он. Не догадываетесь, почему?
— Но ведь это всё для него всегда делала ты… И зачем нам вмешиваться? — начал Хорз. Кира снова темно и выразительно усмехнулась.
— Наверное, за тем, что вы так хотите нас убить.
— Что?..
— Я поймала твою стрелу собственной рукой, Хорз, — её волосы перестали шевелиться и белеть, она и сама, как будто успокоилась. — Случайно. На сантиметр дальше, и у него уже не было бы одного крыла.
— Если вы способны увидеть ученические атаки, я лично разберусь с тобой первой, тогда избавиться от него не составит труда.
— Ваша беда, если попробуете провернуть это сейчас. Я ненавижу использовать полномочия, но сейчас я — директор обеих Академий. И если мы на равных — уважайте хотя бы это правило.
— Ты всё ещё ученица! — крик Саламандры мгновенно потерял свой вес даже для нее самой.
— Он мой.
— Друг? — она распознала голос Фила, родной тембр не сильно изменялся в кошачьем виде. Родной, как Вэл, Карина, Хорз, Илья, Джонни, Тати и Руби. Больше она ни на кого здесь рассчитывать не могла никогда.
— Просто мой. И если вы приблизитесь к нему, я подожгу вас на любом расстоянии.
— Чепуха! Он огненный эльф, а не ты!
— Наша сила напополам, 50 на 50.
— Докажи!
— Ради нетерпеливых, подкиньте мне ту ветку, профессор. Пожалуйста, — Кира улыбнулась и когда Саламандра брезгливо исполнила: пнула в воздух носком туфли целое бревно, только сосредоточила взгляд. Сквозь её тонкую одежду проступили следы, покрывающие всё тело.
— Зачем тебе столько блоков против силы?!
Вэл рядом закрыла рот вопившего эльфа одновременно с рукой Карины.
— Гори, — тем временем сказала Кира и бревно вспыхнуло, рухнув в создуха пеплом через полторы минуты.
— Не эльф, не Тень, никто не может копировать чужие способности. Только он мог. Я доложу на тебя в Сферы, на этот раз больше года ты даже под покровительством королевства Юга не протянешь.
— Докладывайте. Мне не нужны ни поражение, ни победа!
— На тебе печати, но даже они не лишают тебя силы. Сколько раз ты стирала нам память, чтобы пройти обучение?
— Один раз.
— Лично? — профессор прищурилась, выискивая ложь.
— Кстати о печатях, на Сумраке их три. Снимать при вас я не буду.
— Боишься?
