Кира никогда ничего о себе не говорила ему, поэтому он узнал сам и пожалел об этом. Её история не была такой, какой он ожидал. Эта была самая странная эльфийка, которую он знал. Сумрак никогда не говорил ей об этом, хотя теперь всё было известно. И за столько общих заданий она сказала ему лишь одно, всего одно и это было то, что он должен был знать о ней. Возможно — случайно, а может, сама хотела, чтобы он знал только это: она долгое время не могла использовать магию, поэтому теперь самая неудачливая эльфийка среди учеников Академии.
— Это как снова учиться ходить, — при этих словах Кира села на камень, тогда-то он и заметил впервые, до этого удивляясь её внешнему виду, проходящую по шее всё вниз и вниз — настолько странную даже для эльфийки вену. Арт пару раз видел прежде. Он пытался в этом разобраться, каждый следующий, но не мог и в конце концов бросил это занятие, такое же странное, как эта девчонка, называя её девчонкой за глаза.
Кира была девушкой с ровными, чуть острыми чертами лица, светлой кожей, практически белой, с безжизненными глазами и такими же тёмными, словно выгоревшими чёрными короткими волосами, всегда неаккуратно зачёсанными в хвосты, которые становились ярко-белыми разбиваясь ветром с алым отсветом за спиной, стоило ей разозлиться. У такой, как она не было даже формы её школы, лишь старая, как будто земная сумка на плече, покрывал её такой длинный воротник, как плащ или накидка. Всегда на её плечах, в этой сумке всего-то валялась в остатках сухих печений старая книга заклинаний, да давно сломанный пополам магический диск Прохода. Откуда он был у неё? И почему принадлежа ей, Арт не спрашивал ни разу. На ногах грубые чёрные ботинки, которые туфлями с натяжкой за уши назовёшь, на угловатых и тонких плечах торчащая старая куртка и странные штаны, тоже земные, вытянутые и потёртые.
Нет, она конечно являлась оборонной стороной для любой атаки на эльфов или даже самой амбразурой во плоти и всё такое, но он тоже эльф и тоже бывал на Земле некоторое время! Арт не мог ожидать, что возможно настолько не уважать собственную культуру и традиции, пытался вбить ей это в голову, однако она вела себя так, будто на подобное Кире было совершенно наплевать. Конечно, за эту девчонку всё было решено заранее. Тень и солдат, значит тень и солдат. Обречён всю жизнь лезть в пекло и выполнять задания. Да и земное имя ей дали, чтобы на случай не раскрыли происхождения, ведь своё имя он был вынужден скрывать, называя себя Артом. Пока учился в школе при Академии, а затем и в самой Академии, и они отлавливали, как потом оказалось, оба, непрошенных посягателей на территории земель эльфов.
Юноша ухмыльнулся в окно, дождь за ним был таким же, только это не человеческая территория и сейчас ночь. Открыв глаза в комнате и мысленно возвращая в сознание своё уже второе тело, Сумрак вздохнул, почувствовав себя живым. Уже взбил даже обнаруженную подушечку, пахнущую пылью и перьями — ведь это был чердак. Да уж, они прошли полгорода, и когда он решил было уже ложиться под дождём на улице, вдруг… такая удача — крыша над головой. А подобное выпадает довольно редко. Уж где они с Кирой только не ночевали — и под снегом, и под пулями и в коллекторе древнего города пришлось — в ту же ночь, как впервые попали на задания проверки связи. Кира сказала, эти испытания лишают разума. И как оказалось, говорила не зря.Это было ещё одно предупреждение от Скрывающейся, не прямое, такое же, скрытое ото всех — не соваться, куда не просили. Но он же — самый сильный эльф Академии, а и пыль новую искать себе было лень. Арт пожалел о своём выборе ровно через пять таких испытаний, когда лежал в крови, едва касался рукой щеки Киры напротив. Она была рядом, её кровь через трубку с какими-то колёсиками медленно перекочёвывала к нему, оба забинтованные. Он — почти нашинкованный в колбасные обрезки. Кира — и того хуже. Только Арт не знал, она не жалела ни о чём — по сей день. У неё просто исчезли любые возможности для мыслей о себе. И по ночам на части её продолжали рвать его собственные размышления. Он убивал, истязал простыми словами своих случайных мыслей и даже не знал об этом. Они продолжали ловить непрошенных «гостей», почти в состоянии войны на всей эльфийской земле, сами всё время ругаясь. Но постепенно он понял одну ужасную свою ошибку — девчонка, которая всегда напротив — не подчинялась не одному закону измерений, это при том, что Артём лично знал все шестьдесят восемь сводов каждого мира! Однако и об этом она продолжала молчать.
Когда Ласт раздражённо открыла глаза, оба не сводили друг с друга неоднозначного взгляда.
— Ты хотел что-то сказать? Замечтавшийся.
— Это кто здесь в облаках летает?! — Сумрак вскочил с пола, зло смотря на девушку. Та едва обернула голову, укладывая с какого-то пыльного мешка в углу светлую не слишком чистую ткань на пол. Он хотел подойти к окну, но провел пальцем, только поморщился и отошёл подальше: — Грязь.
— Ложись спать. Или иди под дождь. С утра тебя как коврик высушивать придётся.
