Две из четырех спален на втором этаже занимали хозяин со своей женой и семья друзей. Двери закрыты, заглядывать Холмский не решился. Но вышел на общий балкон. Его внимание привлекли сдвинутая занавеска и приоткрытая дверь. А еще он заметил пчелу, которая при его появлении слетела с наличника.
На месте, откуда поднялась пчела, Холмский заметил след высохшей жидкости, тронул пальцем, поверхность липкая. Запах сливочного ликера. Попробовал на язык – сладковатая.
Здесь же на балконе лежал бокал, вернее, то, что осталось от него. Упал, разбился, но после того как кто-то выплеснул из него содержимое, часть из которого попала на стекло. Стекло никто не убирал, даже не пытался, и криминалист не обратил внимания на осколки. Чуть в стороне Холмский заметил сломанную ракушку с дырочкой под ожерелье, но ее мог обронить и обитатель спальни, дверь которой выходила на этот же балкон.
По лестнице кто-то поднялся, шаг легкий и быстрый. Холмский вышел в холл, когда дверь уже закрылась. Он успел заметить, что закрылась дверь в спальню, окна которой не выходили на балкон.
Холмский держал курс на третий этаж, но по лестнице поднималась Парфентьева. Заметив его, она приложила палец к губам. Подошла к двери, решительно открыла ее, зашла.
– Инна Вадимовна, ну что же вы! Сказано же, руки не мыть, не умываться!
– А если у меня глаза уже склеиваются?
– От сливочного ликера?
Холмский вошел в спальню и увидел молодую женщину на фоне открытой двери в ванной. И лицо у нее мокрое, и частично волосы, в руках полотенце. Смазливая с хорошей фигурой шатеночка, на губах свежая помада. Подкраситься с утра успела, платье свежее надела, но не умылась. Или умылась, но плохо, второпях.
– А что не так со сливочным ликером? – Шатеночка глянула на бутылку «Бейлиса», которая стояла у нее на трюмо, сразу возле входа.
Так бутылку ставят второпях, когда возвращаются откуда-то, переступают порог, а потом вдруг вспоминают о вещах, которым в доме не место.
– Сливочным ликером от вас пахнет.
– И что?
– Вы заметили, что я принюхиваюсь, поняли, что от вас пахнет чем-то, что наводит на определенные мысли.
– Давайте вы глупости мужу своему будете рассказывать! Если он у вас есть! – фыркнула шатенка.
– Зачем вы умывались?
– Просто.
– А на балконе что делали? – спросил Холмский.
– На каком балконе?.. Вы скорая помощь? – фыркнула шатенка. – Ну так давайте, до скорых встреч!
– Думаете, вам может скоро понадобиться скорая помощь? – едко спросила Лида.
– Потому что оберег сломан? – Холмский провел пальцами рядом с ракушкой, которая висела на нитке поверх платья. – Это же оберег? Зачем вам надевать его на новое, нет, на свежее платье? У вас же здесь были две ракушки? Другую вы потеряли на общем балконе. Там, где пепельница. Там, куда выходят покурить.
– Когда с вас, Инна Вадимовна, сорвали ракушку? – жестко спросила Парфентьева.
– Да не срывали, сама упала!
– А бокал с «Проституткой» почему разбит? – спросил Холмский.
– С какой проституткой?! – сошла с лица шатенка.
Слово «проститутка» подействовало на нее шокирующе, выбило из колеи.
– «Проститутка за три доллара». – Холмский смотрел на нее не мигая.
– Кто проститутка?! – Голос у Инны дрогнул.
– Коктейль так называется, «Проститутка за три доллара». Мятный ликер, пряный ром и «Бейлис».
– Ну, есть такой коктейль… – Женщину слегка отпустило.
– Мятный ликер и пряный ром в спальне потерпевшего, сливочный ликер в спальне у вас, – сказал Холмский.
– И что?
– Откуда вы знаете, что существует такой коктейль? – хищно спросила Парфентьева. – Я, например, не знала… Белозолов сказал? Когда подавал вам коктейль?
– Ну да, я была на балконе. Ночью. Покурить вышла. Валя подходит никакущий, на ногах еле стоит. В одной руке бутылка, в другой бокал… Бокал сам выпал, а бутылку я забрала, чтобы не выронил, – на ходу придумала шатенка.
– Что было в бокале? – Парфентьева не сводила с нее глаз.
– Коктейль был.
– Почему Белозолов приготовил именно этот коктейль? А он приготовил коктейль именно для вас! – нагнетала обстановку Лида.
– Да я откуда знаю?
– А если я наведу о вас справки? Если копну глубоко-глубоко. Вдруг выяснится что-то ну очень интересное? И не очень приятное. А ваш муж Стробилов Лев Леонидович недавно был избран в городскую думу. Представляю, какой будет удар по репутации!
– Да как вы можете? – топнула ногой шатенка.
– То есть вы не отрицаете, что ваше прошлое может нанести такой удар? – не щадила ее Парфентьева.
– Ну хорошо…
Стробилова дернулась, как будто собралась выскочить из спальни, Парфентьева схватила ее за руку, но женщина всего лишь закрыла дверь, чтобы ее откровения никто в доме не услышал. Закрыла дверь и отошла к окну, достала сигарету, теперь уже все равно, можно здесь курить или нет.
– Да, я была на балконе, да, Валя принес мне «Проститутку». И сказал, что все знает.
– Что все? – спросила Лида.
– Все!.. – выразительно глянула на нее Стробилова. – Этот урод сказал, что все узнает и Лева!
– И предложил вам заплатить за молчание?
