– Мне стоило быть умнее, – мрачно усмехнувшись, продолжает он. – Я изучал людской этикет, но в угоду собственному удовольствию пропустил его мимо ушей. Я даже не представлял, насколько серьезно люди относятся к своим правилам и ограничениям. В середине светского сезона я начал ощущать, что энергия женщин, за которыми ухаживал, менялась. Рядом со мной они источали улыбки и комплименты, но за их усмешками скрывались совсем другие эмоции – зависть, ненависть и отчаяние. Прямо мне никто ничего не говорил, но я быстро понял, что заслужил определенную репутацию. Как минимум за то, что танцевал с женщиной больше двух-трех раз за один вечер. Да не с одной-единственной – в каждом городе у меня была своя. Я даже не осознавал, что делал. Я-то верил, что знакомлюсь с потенциальной будущей женой. Но с людской точки зрения, я завлек кучу женщин в свои сети, сам того не желая, внушив им чувство привязанности. Когда же я, к своему удивлению, узнал правду, две женщины связались со мной, чтобы извиниться и сообщить, что нашим отношениям пришел конец. Остальные же, напротив, стали вести себя более напористо. Их отцы тоже охотились за мной, соперничая за мою благосклонность, по любому поводу подсовывая мне своих дочерей. Пусть не напрямую, завуалированно, они давили на меня, вынуждая сделать предложение. Между тем я был потрясен. Я по-прежнему пытался ближе знакомиться с потенциальными невестами, но напряжение росло, и становилось ясно, что ни одной из этих женщин не нужен я сам. И я просто ушел. С тех пор моя репутация лишь ухудшалась, сопровождаемая историями о разбитых сердцах и неисполненных обещаниях. Когда я вернулся к Никсии, то все ей объяснил. И пусть она утверждала, что понимает, я-то видел, как она во мне разочарована. Меньше чем за месяц я умудрился разрушить отношения с людьми, которых мне полагалось задабривать. Именно тогда сестра взяла дело в свои руки и придумала план ежегодно проводить светский сезон во дворце Селены. Наверное, поначалу, держа ситуацию под контролем, она еще надеялась найти мне пару, но я попросил ее больше не лезть в мою личную жизнь. На время она послушалась, но потом решила сосватать мне девушку из королевской семьи. Вот тут и появилась принцесса Мэйзи, а следом за ней ты.
Затаив дыхание, я жду окончания рассказа. И вдруг понимаю, что вот он, конец истории.
– Постой, так ты заработал свою репутацию, излишне много танцуя и ухаживая одновременно за несколькими дамами?
Он кивает.
Мысли кружат в голове. Я, конечно, знаю, насколько сильно аристократы ценят установленные правила, но никогда не думала, что лишь за их нарушение принца заклеймят мерзавцем. Я-то полагала, чтобы заслужить подобное прозвище, он совершил нечто подлое и жестокое.
– Ты хоть представляешь, что люди на самом деле о тебе думают? Почему ты не прояснил это недоразумение?
– Я знаю, что обо мне говорят. Я никогда не спорил, потому что вряд ли это принесет какую-то пользу. Как ни крути, я нарушил установленные в обществе правила, а мое невежество и намерения не имеют никакого значения. К тому же у меня и в самом деле было множество любовниц, но пару я себе так и не нашел. Люди правы, я никогда всерьез ни за кем не ухаживал. Последняя, кого я всерьез добивался… – Франко вдруг резко замолкает.
Я сажусь ровнее, отмечая внезапно вспыхнувший у него на щеках румянец. Любопытство сжигает изнутри. Мне хочется попросить его рассказать. Но сейчас очередь принца задавать вопрос. Боюсь, если я скажу хоть слово, он полностью сменит тему. Разве что подтолкнуть его…
– Я так и не узнала, как звали моего последнего любовника, – поспешно признаюсь я.
– Неужели? – спрашивает он, приподняв уголок рта. Я киваю, но больше ничего не говорю. – Почему ты не узнала его имя?
– Казалось, так будет безопаснее, – пожав плечами, поясняю я. – Наша связь не имела никакого смысла, но походила на свободу. И пока мы не знали имен друг друга, я словно бы могла быть кем угодно.
– Наверное, я могу это понять, – хмуро произносит он.
– Так что же случилось с последней женщиной, которой ты добивался? – как можно беспечнее спрашиваю я.
– Вообще-то, моя очередь задавать вопрос.
– Вообще-то, – поясняю я, подражая его тону, – ты его уже задал. Ты спросил, почему я не узнала имя своего любовника.
– Ты обманула меня? – подозрительно спрашивает он.
– Возможно.
Он лишь озорно усмехается.
– Умный ход. Ладно, наверное, я могу рассказать. Только не жалей меня, ладно? Ненавижу жалость.
Я киваю, затаив дыхание. Не знаю, почему мне не дает покоя его любовная жизнь. Она притягивает и в то же время страшит. Мне просто не терпится узнать продолжение.
Принц делает глубокий вдох.
– Последней, о ком я думал всерьез, была… королева Эвелин.
– Неблагая королева Пламении? – склоняю голову я.
