Я чувствую его разочарование из-за пустых поисков. Его эмоции - словно рябь под моей кожей. Как вода, натыкающаяся на границы озера и возвращающаяся с рассказами о противоположном берегу.
Забираюсь на край кровати, вынимаю книгу из рук Ашена и кладу ее рядом.
— Все в порядке, — говорю я, усаживаясь к нему на колени. Его брови едва заметно поднимаются от подозрения, когда я провожу пальцами по рубашке до места, где под темно-синим хлопком скрывается его новая татуировка. — Понимаю, ты завидуешь, потому что моя отметина куда круче твоей. Не бойся, могучий Жнец. Современные человеческие технологии спасут тебя. Мы можем сводить тебя на лазерное удаление.
Ашен закатывает глаза и фыркает.
— Или найдем тату-мастера, и он перекроет ее. Добавим пару кружков внизу, изгиб сверху, несколько линий... и получится член с яйцами.
— Господи, — стонет он.
— Нет, нет, у меня есть идея лучше, — я извиваюсь, чтобы схватить его кинжал с тумбочки, и снова сажусь ему на бедра. — Я просто воткну его в тебя еще раз. Уверена, сработает. — Ашен пытается выхватить клинок, но я уворачиваюсь. — Просто... не... двигайся... а то получится как у Альберто...
— Я уже сомневаюсь в своих жизненных выборах, — говорит он, вырывая кинжал и швыряя его через комнату. Я улыбаюсь, беру его лицо в ладони и целую. Когда отрываюсь и смотрю в его коньячные глаза, то знаю - он чувствует меня так же, как я его. Вижу, как тревога и раздражение смягчаются в его взгляде, когда он обнимает меня.
— Ты видел Валентину, когда брал книги? — спрашиваю я, проводя пальцами по отметине под его рубашкой.
Ашен качает головой.
— Нет. И Флорина тоже. Но нам нужно найти их и обсудить, как безопасно убраться отсюда.
Киваю и целую его еще раз, прежде чем мы покидаем кровать и книги.
Наши поиски почти бесполезны. Флорина мы находим внизу, в кабинете, склонившимся над бумагами. По словам партнера Валентины, вампирша уехала в Кымпулунг прошлой ночью, чтобы выследить ведьму, которая выдала нас Эмбер. Ашен раздраженно вздыхает, узнав, что она вернется не раньше полудня, а возможно, и позже, из-за снега, который с утра валит тяжелыми мокрыми хлопьями.
Оставляем Флорина за работой и бродим по дому, как призраки, осматривая комнаты. Это напоминает мне первые дни знакомства с Ашеном, когда он изучал гостиницу, выискивая камеры и проверяя аварийные выходы. Я улыбаюсь воспоминанию о том, как он докладывал мне о своих находках в отеле и городке Сэнфорд. Провожу пальцами по отметине связи, скрытой под мягкой шерстью свитера, кажется, с тех пор прошла целая жизнь.
После нескольких часов в библиотеке мы наконец оставляем поиски знаний, чтобы трахнуться у книжного шкафа (почему бы и нет?), а затем направляемся в гостиную, где собрались остальные. Эрикс и Коул сидят у огня за очередной партией в шахматы. Давина устроилась в кресле у высокого окна с книгой на коленях. Она поднимает на нас взгляд, когда мы входим, и свет из окна подчеркивает темные круги под ее глазами и красноту век. Она смотрит на меня мгновение, на губах мелькает печальная улыбка, а затем снова погружается в чтение.
Слышу звон льда в шейкере и поворачиваюсь к мини-бару в другом конце комнаты. Эдия стоит там и готовит коктейли. Если она не может варить зелья - делает напитки. Я улыбаюсь и иду к ней, разрываясь между желанием рассказать ей все о прошлой ночи и страхом произнести хоть слово об этом.
— Привет, детка, — говорит она, замечая мое приближение. — Ты в порядке?
Киваю и целую ее в щеку, пока она наливает напиток в бокал и посыпает сверху съедобными блестками.
— Что на этот раз приготовила?
Эдия широко улыбается и протягивает мне бокал.
— В нем нет крови, но он напоминает мне тебя, так что я назвала его «Сирена». Кальвадос, коньяк, лимонный сок и кленовый сироп.
Делаю глоток. Сладкий, но с мощным ударом.
— Чертовски вкусно.
Эдия сияет от успеха нового рецепта.
— Забирай. Сделаю еще.
Я иду к дивану, где Ашен устроился с бокалом вина от Эрикса и Коула. Сажусь справа от него, и его рука естественно ложится на спинку дивана за моей спиной, пальцы касаются моего плеча, будто так и должно быть. Это такая мелочь, но для она значит не меньше, чем прошлая ночь. Не скрываться. Быть любимой среди других. Это чувство так давно было мне незнакомо. Эдия тоже это видит. Может, она и не знает всех деталей, а может, знает. Но по ее улыбке, несмотря на все, что происходит вокруг, я понимаю - она счастлива за меня.
Валентина входит в комнату как раз в тот момент, когда Эрикс и Коул присоединяются к нам на диванах для игры в вист. Она выглядит спокойной, но я ощущаю напряжение: сердце бьется чуть быстрее, дыхание поверхностное. Она бросает взгляд с Ашена на меня с натянутой улыбкой, и я стараюсь не вздыхать. Бессмертные всегда строят предположения о Жнеце. Я и сама так делала. И почти чувствую, как каменные стены его крепости снова вырастают вокруг него.
Я переплетаю наши пальцы, чтобы отвлечь от фальши в улыбке Валентины, когда она наливает ему вина.
