Зима медленно отступала, оставляя больше времени солнцу. Сегодня один из таких дней, когда приходилось щуриться, прикрывать глаза от яркого света и прятаться от него в машине. Я юркнула на переднее пассажирское сиденье, Хорхе перестал что-либо говорить по этому поводу, явно смирившись с тем, что мне нравилось здесь ездить.
Аарон уже давно был в суде. Почему-то я думала, что ему довольно легко удалось бы запугать кого нужно, чтобы мы получили тот результат, который хотели. Запугать или заплатить.
В любом случае он не мог допустить того, чтобы Карлоса оправдали. И не из-за собственных предубеждений. Мы должны обезопасить себя. Особенно сейчас, когда в низших слоях происходило слишком много волнений. Перебежчиков становилось больше, они путались, убивали друг друга. Город накрывали опасные времена, никто не чувствовал себя в безопасности. Стабильность пошатнулась, когда Карлос начал наступление на семью Гонсалес. И он почти сразу за это поплатился.
Хорхе остановил машину около здания суда в центре города. Аарон и Лу встретили нас на входе.
Волнение отдавалось легкой дрожью в теле. Ждала ли нас победа? Или за углом притаилось поражение?
Никто из нас не хотел думать, что будет, если его выпустят. Вероятно, никого из нас даже не останется в живых при таком раскладе. Что ему стоило взорвать дом или машину? Тем более если он уже делал это раньше.
Стук каблуков Луизы держал в реальности, ее цветочный парфюм застревал в легких, смешиваясь с запахом никотина.
Мы замерли около высоких дверей, ведущих в зал для слушаний.
Никто так ничего и не сказал.
Я уверена, сейчас Аарон прокручивал в голове возможные варианты событий, подводил итоги. Все ли он учел? Все ли нашел и сделал правильно?
Я сцепила руки перед собой, разглядывая многочисленные группы людей. Все как на подбор в официальных костюмах, в белых рубашках и в галстуках, будто в этом месте говорилось не об их прегрешениях, а читались проповеди о спасении и райском блаженстве. Но какой рай мог ожидать преступников? Разве что только котел, под которым прогорели дрова.
В конце коридора замер Лукас Санчес, взирающий на нас так, будто все происходящее не его рук дело.
Он, сунув руки в карманы брюк, направился в нашу сторону. Было странно видеть его в классическом черном костюме, в рубашке и пиджаке, что закрывали рисунки на его коже. Но, признаться, даже в таком виде он внушал страх. Хотя сейчас я не боялась.
Интересно, что он хотел нам сказать?
Но мы не узнали об этом, внезапно к нему подлетела маленькая девушка на каблуках и в пиджаке на голое тело с огромным вырезом. И если Луизу кто-то считал вызывающей, то ему стоило бы заткнуться, потому что эта девушка явно опережала ее.
На нее будто нацепили всю пошлую одежду сразу. В глаза бросались и маленькая грудь, и разрез на бедре, красная помада, туфли на тонкой шпильке, словно она не знала, как еще могла привлечь внимание.
Лукас скользнул по ней скучающим взглядом, так и не вытащив руки из карманов.
– Ублюдок! – Она ткнула в него длинным ногтем, покрытым черным лаком. – Это ты все подстроил!
Эти слова заинтересовали его больше, чем оскорбление. Кажется, он подумал о том же, о чем догадывались и все мы.
Девушка не скрывала своих эмоций, не стеснялась толпы вокруг, наблюдающей за каждым ее действием и слушая каждое ее слово. Наверняка в этом здании часто случались такие выпады.
– О чем ты? – Его шепот казался угрожающим. Она усмехнулась, задрав подбородок вверх.
– О твоем отце! – шикнула девушка. Лукас мельком скосил на нас взгляд. Его лицо стало еще мрачнее. Мы все замерли, молча покрываясь потом от волнения. Если знала она, скорее всего, все уже известно и Карлосу.
Лукас нахмурился, сжал челюсть, а затем его пальцы сомкнулись на подбородке Лолы. Он наклонился к ней, хотя между ними оставалось еще достаточно расстояния. Все-таки разница в росте у них была чуть меньше полуметра.
Девушка дернулась, но больше походила на рыбку, попавшуюся на крючок.
– Я повторяю свой вопрос, Лола. – Никто и не думал мешать ему. Наверное, если бы Лукас решил убить ее прямо здесь, ему бы ничего не сказали.
– Я знаю, что твой отец подставил моего, – отозвалась она, в ее глазах заблестели слезы, и из-за этого злости в ее глазах стало больше. Она оттолкнула Лукаса, правда, попытка оказалась тщетной. Парень так и остался стоять на месте, но все-таки выпустил ее из хватки. Мы выдохнули, когда она ответила. Может быть, наши головы простоят на шеях чуть дольше.
– Я ничего об этом не знаю.
– Я тебе не верю.
– Твое право, – хмыкнул он. Мы все знали, что он не лгал. Целью Аарона был только Карлос. А сам Лукас не стал бы так рисковать и подставлять партнеров своего отца.
– Ты самый настоящий монстр! – Лола кинула на него яростный взгляд и, отвернувшись, зашагала в нашу сторону. Лукас усмехнулся, будто и так это знал.
Хорхе заметно напрягся, наблюдая за тем, как она приближалась.
– И где же твое хваленое джентльменство? – хмыкнула она, сложив руки на груди, из-за чего вырез стал еще более вызывающим.
Между ними что-то было?
