Сердце Тайфуна полностью

– Хорошего вечера, – пожелал мужчина, скрывшись среди посетителей быстрее, чем я успел задать еще один вопрос.

Я повернулся к Лу, а ее пальцы с силой смяли ткань на моем пиджаке, буквально до побеления костяшек. Ладонь, держащая бокал, затряслась, взгляд лихорадочно забегал по помещению, заставляя оглядываться в поиске того, что ее напугало. Луиза приоткрыла губы, повернулась ко мне, еще сильнее сжав предплечье. Я был уверен, что еще немного, и она убежит. Но это длилось всего секунду.

– Ты тоже это слышишь? – прошептала Лу, озираясь по сторонам. Я прислушался, пытаясь понять, о чем она говорила. И вот тогда… до слуха донеслась тихая, ненавязчивая мелодия, возвращающая в детство. – Скажи, что мне не кажется! – голос сорвался на нервное шипение, зеленые глаза остановились на моем лице. Я отрицательно покачал головой.

– Не кажется. – Хотелось засунуть себе это «не кажется» в задницу, потому что где-то рядом ходил убийца, которого мы искали.

– Людей слишком много, – ее голос еще никогда не звучал так отчаянно, как сейчас.

Сердце пропустило удар.

Неужели он рядом? Убийца, за которым я охотился столько времени?

Луиза взяла меня за руку и, не говоря ни слова, пошла вперед, на звук. Это было неправильно, стоило развернуться и уйти, но разве кто-то из нас смог бы?

Мы протискивались через толпу, иногда совсем не по этикету расталкивая людей. Мелодия продолжала играть, отчего-то напоминая похоронный марш или заставку к боевику.

Дурное предчувствие не отпускало. И Луиза, кажется, ощущала то же самое.

Что, если это все ловушка и мы все здесь погибнем? Ведь так удобно – заманить криминальные семьи города в одно место, а затем избавиться от них разом.

Черт возьми.

Почему я не подумал об этом раньше?

Лу вдруг резко остановилась, и я едва не налетел на нее. Она еле ощутимо задрожала, поворачиваясь ко мне с застывшим на лице ужасом, выпустила мою ладонь из своей и ткнула на небольшой диванчик в углу.

Диванчик, на котором сидел маленький мальчик с телефоном. А на экране… «Волшебник Изумрудного города».

Это все походило на какую-то идиотскую шутку, после которой никто не смеялся.

Я подошел к ребенку, пытаясь не напугать. На вид мальчику было около пяти лет, его родители явно заморочились с его нарядом для театра: на нем красовалась белая рубашка с галстуком-бабочкой, классические брюки и туфли.

Он оторвался от телефона, заметив мое приближение, с любопытством оглядел меня с головы до ног и молча уставился в ответ.

Что мог знать ребенок?

Ничего.

А вот его родители… даже если это простое совпадение, стоило проверить.

– Хэй, привет, – позвал я, присев на корточки. – Где твои мама и папа? – Я был бы ужасным отцом. Впрочем, это сейчас волновало в последнюю очередь.

Мальчик долго молчал, затем заблокировал телефон и, обогнув меня, убежал.

И я точно не собирался гоняться за ребенком.

– Он играет с нами? – едва слышно спросила Луиза, и говорила она не о ребенке.

Если бы я знал…

Я поднялся на ноги. Лу пошатнулась, сжав алые губы в тонкую полосу. Казалось, что она вот-вот упадает в обморок.

– Хорхе все проверит. – Я осторожно забрал бокал, который она все еще сжимала в другой руке, поставил на высокий столик. Ладони скользнули к побледневшим, словно полотно, щекам. – Ты в безопасности, птичка. Тебя никто не тронет, а если будет нужно, я перестреляю всех, кто здесь есть, а потом всю ночь буду звонить в поиске нужного телефона, чтобы найти этого ублюдка. – Ее взгляд тут же нашел мой. Луиза кивнула, немного расслабляясь. – А теперь идем. – Я потянул ее в сторону двойных высоких дверей на один из балконов.

Бабушка Хорхе всегда говорила, что балет нужно смотреть с балкона, с самых верхних мест – так все декорации на сцене попадали в поле зрения, позволяя наслаждаться полной картиной.

Я набросал сообщение другу с просьбой пробить активные номера телефонов в этом районе, пропустил Луизу вперед, замечая, что она все еще еле заметно оглядывалась, сжав ладони в кулаки. За такой вид Луизы я был готов убивать долго и жестоко, потому что ужас – последнее, что я хотел видеть на ее лице.

Луиза опустилась на самый край бархатного красного кресла с резными подлокотниками и выпуклыми ножками. Спина, едва прикрытая шелковой тканью, казалась неестественно прямой, что выдавало напряжение, все еще сковывающее тело. Я сел рядом, стараясь не коситься на стройное бедро, почти полностью выглядывающее из высокого разреза черного платья.

Если бы мне сказали, что Луиза Перес – змей-искуситель, то я легко бы в это поверил, а потом пал под ее чарами.

На балкон продолжали заходить люди, многие из которых были мне знакомы, вот только взгляд то и дело возвращался к девушке, сидящей рядом.

– Ты в порядке? – тихо спросил я, наклонившись к ее уху. Лу вздрогнула, но кивнула, устремляя взгляд в пространство. – Можем уйти отсюда.

– Я сильнее, чем ты думаешь, – отозвалась она, когда свет погас. Ты не просто сильнее, чем я думаю. Ты сильнее, чем я сам.