Дармер задумался. Ему еще не приходилось именовать призывы. Вспомнив давний разговор с Кси, он решил, что название должно быть коротким, но звучным. Первые пришедшие на ум — Электрическая Змея и Змея-молния — Дармер отмел сразу. Слишком банальны.
Дармер был почему-то уверен, что новый призыв превзойдет Цепь Молнии в дальности удара. До длины природных молний, конечно, далеко, но… Ему представилось темное грозовое небо и молнии, подсвечивающие черные тучи короткими вспышками. Когда Дармер освоит призыв, его змея будет бить столь же молниеносно, как разряды в небе. Небо…
— Небесная Змея.
— Хорошее название, — одобрил Гефест. — Подходит заклинанию. Хотя Гимнур со мной бы не согласился. Он любит придумывать претенциозные названия.
— Придумывать? То есть он тоже…?
Гефест поднял и показал Дармеру карточку с заклинанием. На ней застыла скачущая в облаках лошадь, сотканная из потоков воздуха. Пятерка в уголке красноречиво говорила, какую мощь она в себе таит.
— Знаешь это заклинание?
— Бешеный Ураган Крылатого Коня? Сильнейший призыв Воздуха, — всплыло у Дармера в сознании. — Его создал Гимнур?
— Да, где-то с полтысячи лет назад. Мистихт часто повторяет, что это главное и единственное достижение Гимнура. Впрочем, не важно. Кстати, Гимнур просил передать, что поздравляет тебя и желает выздоровления.
— Спасибо ему. А Мистихт Кранх — нет? Она же тоже была на дуэли.
— Она не одобрила твоего снисхождения к врагу. Назвала это бесхребетностью. Даже сказала, — тут Гефест усмехнулся, — что я нашел достойного ученика, себе под стать. Не знаю, польстит тебе это или нет. Не обращай внимания. Мистихт всегда отличалась… радикальностью взглядов.
Дармера мнение азарлари не задело. Он не ждал от Кранх ничего другого. Его бы удивило, одобри она хоть что-то.
— Но, хотя в этом случае я с ней совершенно не согласен, в чем-то Мистихт права. Иногда жалеть врагов опасно и непростительно, — Гефест пристально посмотрел на ученика. — Дармер, ты никогда не убивал. Я знаю, это трудно. До сих пор помню свой первый раз. Помню, каково это — отнимать жизнь живого разумного существа. Но милосердие в мирное время — одно, а жалость к врагу в бою — совсем другое. Это может стоить жизни тебе и твоей команде. Ты не должен жалеть врагов в настоящих битвах. Потому мне важно знать, что ты готов при необходимости… убивать.
— Я пообещал, — тихо, но твердо произнес Дармер, — пообещал товарищу, которого уже нет в живых, что буду защищать наших друзей. Чего бы мне это не стоило. Если ради них потребуется убить — я убью.
Гефест смотрел на него долгим взглядом. Пальцы перебирали разбросанные карты.
— Я рад твоей решимости. Не забудь о ней, когда настанет время. Наши враги жестоки и беспощадны. Они не дадут второго шанса.
Старейшина перевернул очередную карту, и почему-то она привлекла внимание Дармера. На ней изображен замахнувшийся большим мечом воин в крепких доспех, настоящих, не как имитация магов. Два угла карты пусты от символов.
— Гефест, — обратился Дармер к наставнику. Тот удивленно поднял брови — ученик редко называл его по имени. — А если вы еще раз встретитесь с Торментой, то…
— Да, Дармер. Я ее убью. Не сомневайся.
— Сейчас мой ход? — спросила Адель.
— Да, — кивнул Трим. — Тяни карту и клади лицом вверх, чтобы все видели.
Адель сняла с колоды верхнюю карту и положила на ноги Дармера под одеялом, что заменяли им стол.
— Повезло! — воскликнул Мартес.
— Да, всего лишь гоблин первого ранга, — согласился Дармер. — Бей его.
— Я выбираю серого мага, — Адель показала карточку с рисунком варнортовца в серой форме.
— Победа. Сбрасывай гоблина и тяни в закрытую.
Адель сняла с колоды еще одну карту и приложила к вееру в руке.
— Шесть карт в руке держать нельзя, — напомнил Трим. — Одну надо выбросить.
— Напомни, как еще я могу походить? Ты вроде говорил, что мы можем нападать друг на друга.
— Сейчас — только если есть карта «дуэль». Она у тебя есть?
— Нет.
— Тогда твой ход закончен. А воевать между собой будете, когда карты в колоде кончатся.
— Ладно, поняла, — Адель придирчиво осмотрела карты и выкинула мага-ученика в зеленой форме. — Твоя очередь, Дармер.
Юноше «повезло» вытянуть вампира четвертого ранга. Он мог победить без потерь первооснователем Гелиосом, доставшимся при раздаче, но не хотел светить его раньше времени. Придется использовать две карты, неизбежно потерять одну и потом надеяться, что не вытянешь из колоды какого-нибудь тролля.
— Эй! — внезапно раздался голос от двери. В палату проскользнула Крин. — Уже играете?
— А что-то случилось? — спросила Адель.
— Да нет, — отмахнулась Крин. — Я с вами хочу поиграть. Только Линту не говорите, хорошо? А то я наврала ему про срочные дела в башне.
Девушка проказливо хихикнула, как нашкодившая девчонка. Черная форма тут же стала выглядеть на ней неуместно.
— Конечно, присоединяйся, только…, — Дармер обвел взглядом кровать, по краям которой едва поместились его друзья и Трим, — тут мало места.
— Пустяки какие!
Крин скинула сапоги и забралась с ногами на другой конец постели. Скрестив лодыжки, она уселась напротив Дармера.
