Задыхаясь, я поднялся наверх, ненадолго остановился, чтобы отдышаться, и побежал по скудно освещенному коридору до последней, кремового цвета, створчатой двери. Я постучал, затем бросился внутрь и попал в неловкую ситуацию.
Аднан и Седа были в постели. И при этом очень заняты.
Я почувствовал, как меня бросило в жар, а щеки покраснели. Поспешно повернувшись к ним спиной, я уставился в коридор. Я был очень смущен.
Упырь и русалка? Как это вообще технически возможно? Ох нет, лучше не думать об этом.
— Вэл, правила вежливости предполагают подождать, пока кто-нибудь не позволит тебе войти, — сказал Аднан, подчеркнуто растягивая гласные. — Теперь ты можешь повернуться.
— Извини, на это не было времени, — пробормотал я и повиновался, хотя и с опаской.
Оказалось, что мои подозрения были обоснованными — хотя Аднан и накинул на себя шелковый халат, Седа все еще лежала обнаженная между простынями, свернувшись как кошка. Ее кожа была такой бледной, что на темной простыне казалось, будто она светится. Светлые волосы спадали ей до пупка, так что по крайней мере ее грудь была прикрыта. Часть ниже пояса скрывалась под одеялом, так что я был избавлен от этого зрелища. Я сглотнул и повернулся к Аднану, который гладил ястреба, устроившегося на своей жердочке.
— Дарсия ничего о вас не знает, да? — вырвалось у меня, хотя для моего вторжения была гораздо более важная причина.
— Это ее не касается, — ответила Седа хриплым голосом, который, вероятно, должен был звучать соблазнительно, но только усилил мою неприязнь.
Я напряг челюсть, секунду колебался, а затем снова повернулся к широкой кровати.
— Я считал, что она твоя подруга, но думаю, что ты такая же, как Аднан. Используете людей, чтобы затем выбросить их.
Седа молниеносно скользнула к краю кровати и зашипела на меня. Из ее шеи выросли тонкие светло-голубые плавники, а изо рта высунулись десятки игольчатых желтоватых зубов. Волосы извивались вокруг ее лица и костлявой фигуры, как живое существо. А через секунду она снова стала миниатюрной, нежной Седой.
— Осторожнее, — предупредила она меня, прежде чем отвернуться и встать с кровати, не заботясь о своей наготе.
— Что она тебе рассказала? — спросил Аднан почти равнодушно, чем переключил мое внимание на себя.
Я потер руки, чтобы прогнать мурашки, которые выступили от взгляда Седы.
— Все, — проворчал я.
— Вот как? — он склонил голову набок, задумчиво поглаживая черную бороду. Странно было видеть его без роскошной одежды и тюрбана. Он выглядел почти по-человечески. — И я догадываюсь, что в ее истории я был злодеем?
— Ты хочешь этим намекнуть, что она лгала? — во мне закипал гнев. Я наконец должен сказать, зачем я пришел сюда, и не соваться в этот водоворот интриг.
— Она была одной из моих девочек, Вэл, — снова вмешалась Седа и встала позади Аднана, обхватив рукой его талию и играя с его поясом. — Конечно, она умеет лгать, придумывать и хвастать, если это помогает ей завоевать чье-то доверие.
— Она не сказала тебе, что это была ее идея украсть зубы? — мы с Аднаном не стали обсуждать данную Седой оценку Дарсии, с которой я был не согласен. Конечно, в ней царила тьма. С моей стороны было бы наивно не признавать этого. Но она выглядела такой честной, и открылась мне.
— Ты мог бы остановить ее. Ты знал, что ее ждет ловушка, — возразил я. — Неважно, была ли это ее или твоя идея.
— Верно. — Аднан крепко держал Седу за руку, чтобы не дать ей развязать пояс его халата. — Я пытался остановить ее, но однажды ночью она сбежала, и я больше ничего не мог для нее сделать.
— А что насчет мешочка? — я скрестил руки на груди. Я все еще не был готов поверить во что-либо из того, что он о себе говорил.
— Мешочек… ну, она поверила Маркузо, даже не выслушав меня. Об этом я всегда больше всего сожалел. — Аднан опустил глаза. — Этот мешочек был не тем, что утверждал Маркузо. Я дал ей его, когда еще пытался отговорить ее. Для безопасности. В его ткань было вплетено защитное заклинание, дающее силу его обладателю. Тем не менее, я не обижаюсь на Дарсию за то, что она захотела поверить в худшее обо мне, после той жизни, которую она вела до тех пор.
— Эй, я дала ей работу и жилище, — недовольно заметила Седа и вырвала у него руку. Он повернулся так, чтобы видеть и меня, и ее, отстранился и вздохнул.
— Конечно, ты это сделала, моя дорогая, но она не была этим довольна, не так ли? — Седа открыла рот и опять закрыла его.
— Каждый из нас, сбежавший из Вавилона, оставляет своих демонов далеко позади, но своих Дарсия унесла с собой через портал. Я вижу в ней такую тьму, какой никогда раньше не видел. И я повторяю свое предупреждение, Валенс. — Его темные глаза пристально смотрели на меня. — Будь осторожен. Она явно не предназначена для тебя. Или для кого-то еще.
Я едва мог сдержать в себе гнев по поводу этой несправедливости. Они притворялись, что заботятся о Дарсии, и при этом всегда думали только о себе и своих собственных желаниях.
