Голос приятный, бархатный, с лёгкой хрипотцой. Я помнила, что тёмные эльфы – а этот, без сомнения, именно тёмный эльф – очень легко влюбляют в себя человеческих женщин как раз с помощью магии Крови. Чем-то она схожа с магией Разума, но, в отличие от последней, требует определённого Источника силы. И этим Источником может быть лишь Тьма.
– Я знаю только одного эльфа, мастера Дарта, и он очень нравится. – Я протянула руку новому знакомому. – Меня зовут Рональда.
Его глаза сузились ещё больше. Интересно, ему-то я что сделала? Хотя… Конечно, как я сразу не догадалась. Эльфы ведь тоже любят красоту. Видимо, я своим внешним видом оскорбляю его чувство прекрасного.
Что ж… Я ему даже немного сочувствовала. Самую малость.
Но сочувствие это где-то растворилось, когда я поняла, что эльф игнорирует мою протянутую руку.
– Дрейк… – протянула позади Эллейн, но я не стала ждать, пока он пожмёт мою ладонь по просьбе герцогини. Опустила её и улыбнулась, а потом молча повернулась к Эллейн и Аравейну и чуть не рассмеялась, заметив, что оба буравят эльфа укоризненными взглядами.
Теперь, когда у меня есть Грэй, Эдди, Араилис, Тор, Дарт и Галл… Да, теперь мне всё равно. Немного обидно, но не более.
– Всё в порядке, – сказала я. – Но мне хотелось бы знать, каковы наши дальнейшие планы.
Эллейн перестала испепелять глазами Дрейка и вновь обратила внимание на меня.
– Завтра в десять к мастерской Тора и Дарта подъедет карета. Она отвезёт тебя в здание школы. Там, на месте, и обсудим детали.
Только я открыла рот, чтобы задать следующий вопрос, как в двери постучали.
Это оказался Грэй.
– Вы закончили? – спросил он, заходя в библиотеку сразу после стука, и все присутствующие склонили головы. – Я могу забрать Рональду?
– Да, можешь, – тихо ответила Эллейн, выпрямляясь.
– Она справилась?
Мужчина смотрел куда угодно, только не на герцогиню. Сама же она не отрывала от Грэя напряжённого, полного боли взгляда.
– Да, справилась.
Он кивнул, развернулся и вышел из библиотеки, на ходу бросив:
– Пойдём, Ронни.
Я посмотрела на Эллейн вопросительно.
– Вейн, пожалуйста, проводи их до выхода, – сказала она своему мужу. – А я пока… поговорю с Дрейком.
Я услышала, как эльф хмыкнул.
А Аравейн между тем взял меня под руку и вывел из библиотеки, и я едва успела пискнуть на прощание:
– До завтра!
– Можно мне кое-что спросить у вас?
Нет, это невероятно. Я иду по императорскому замку под руку с самим Аравейном. С ума сойти.
– Конечно, Ронни. И, повторяю, можешь называть меня на «ты».
Я вздохнула.
– Ага, слышала. И вас, и Эллейн. Может, и императора тоже?
– Возможно. – Маг улыбнулся. – Эдигор любит простое обращение и ненавидит расшаркивания. Если ты ему понравишься, запросто предложит называть себя на «ты».
Я ужаснулась.
– Я? Понравлюсь?! Да с какой стати ему вообще со мной знакомиться?
Улыбка Аравейна почему-то стала ироничной.
– Не отвлекайся, Ронни. Ты хотела что-то у меня спросить. Я жду.
Я поджала губы. Теперь понятно, у кого Грэй научился переводить в разговоре стрелки на другую тему.
– Араэу. – Любопытство пересилило обиду. – Араэу, которая растёт во дворе замка.
– А что с ней?
– Раньше я читала об этих деревьях только в книгах, но никогда не видела. И в книгах не было ни одного упоминания о том, что прикосновение к араэу способно вызывать галлюцинации. А со мной сегодня это случилось.
– Вот как… – протянул Аравейн. – Любопытно. Что ж, я отвечу на твой вопрос… Араэу, как и любое другое существо, наделённое душой, непредсказуемо. Если тот, кто захочет прикоснуться к коре араэу, не понравится дереву, оно может и ударить. Наша араэу обычно всех дубасит так, что только успевай лечить. Особенно доставалось Ратташу, когда он маленьким был. Грэю в этом плане везло больше. Но если араэу понравится тот, кто к ней прикоснётся, в редких случаях она показывает ему то, что ей хочется. Я не знаю, что видела ты. Иногда араэу показывает будущее, причём не всегда твоё, иногда – прошлое.
Я в задумчивости почесала переносицу.
– А как это можно выяснить?
– Единственный способ – спросить у неё самой. Не факт, что ответит, но попробовать стоит. По крайней мере, Нарро она когда-то ответила.
Сердце будто чья-то невидимая рука сжала.
– А ему… – Я задохнулась, не в силах вымолвить ни слова, но Аравейн как-то понял, что я хотела спросить.
– Да, ему наша араэу тоже что-то показала. Он потом целую неделю ходил бледный и ни с кем не разговаривал, всё думал о чём-то. В конце концов спросил – и она ответила.
– А что именно он видел? – Как только я произнесла это, мне стало стыдно.
Но Аравейн только головой покачал и не стал ничего говорить по поводу моего неуместного вопроса.
– Я не знаю, Ронни.
В этот момент мы подошли к выходу из замка, где уже стояли Грэй и Бугалон, и маг, попрощавшись, удалился.
Когда мы втроём покидали территорию дворца, я обернулась и ещё раз посмотрела на араэу. Дерево чуть колыхалось на ветру, и я могу поклясться, что одна из веток приподнялась и помахала мне на прощание так, будто была не веткой, а рукой.
