– Нет, – Мишка потупился. Он уже чуть не плакал, но боялся реакции матери. Инна представляла, какое у нее сейчас грозное лицо. – Я не знал, что там пчелы. Сунул палку, а они как налетели.
Тут он не выдержал и тоже заплакал.
– Ну, что ж, придется всем нарушителям спокойствия сделать по уколу.
– Не надо!
Мальчишки разревелись в голос. Инна не собиралась защищать сына, хотя сердце так и ныло от жалости к нему. Марина права: если этих проказников хорошенько не напугать, они и дальше будут сбегать от вожатых.
«Надо сегодня обязательно сказать об этом на вечерней планерке», – решила она. Ей не нравилась, что вожатые с первого дня плохо организовали детей, и у них появилось свободное от мероприятий время, чего не должно быть.
– Ладно, не ревите! Дайте честное слово, что больше по кустам ползать не будете! Тогда вместо укола получите таблетки.
– А это обязательно? – рискнул спросить черноглазый.
– Да! Открывай рот!
Марина сунула мальчишкам по таблетке супрастина, чтобы предотвратить аллергическую реакцию, а Инна протянула им мензурки с водой.
– Спасибо вам большое, – чуть ли не кланялась молоденькая вожатая, кажется, ее звали Олей.
– Не за что. Инна сходи с Мишкой, пусть покажет, в каких кустах выдел гнездо. А потом попроси сторожа, чтобы почистил это место. Это его работа.
Инна вздохнула, взяла сына за руку, но он выдернул пальцы и пошел впереди. «Ишь ты, гордый», – с любовью усмехнулась она.
Издалека она увидела Аленку. Та с подружкой сидела на скамейке, а рядом пристроился симпатяга Лешка. Он, как фонарик, светил яркой желтой футболкой и что-то рассказывал девчонкам, а они весело хохотали. Дочь заметила мать, повела бровями, мол, иди отсюда, не мешай, и Инна прошла мимо даже, не остановившись. У Аленки все хорошо, зачем девочку тревожить?
Кусты они нашли быстро. Действительно, никто не указывало на то, что там живут пчелы. Парочка жужжала над цветущей малиной, и все. Инна отправила Мишку в корпус, а сама пошла к Степану Михайловичу.
– Инна Анатольевна, подождите!
Инна оглянулась: ее догонял Сашка. Сердце опять подпрыгнуло, как козлик. Что за черт! Хотела легкого летнего романа, на тебе! Все как по заказу. Но она не планировала заводить адюльтер с мальчишкой. А что делать, если тянет к нему, как магнитом? «Терпеть и любоваться издалека, – упрямо повторяла про себя Инна. – Никогда мужу не изменяла, только разве что в мыслях, и сейчас не буду».
– Можно, я с вами пойду. Вдруг помощь понадобится.
– Для чего понадобится? Сообщить Михайловичу о гнезде диких пчел я и сама могу. Хотя… дорога общая, шагай.
«Зачем, идиотка, я это сказала?» – мысленно застонала она, но слово вылетело, не воротишь назад. Так рядком они и дошли до домика сторожа.
Огромный Полкан, хорошо знавший Инну, но не Сашку, увидел их издалека и оскалил зубы.
– Не бойся, он на цепи, – сказала Инна, уверенная в том, что, когда в лагере дети, Полкан привязан.
Она постучала в калитку. Не дождавшись ответа, просунула руку в щель, взялась за щеколду, подняла глаза и… осеклась: овчарка мчалась по двору к забору. Она грудью ударила в калитку, Инна отшатнулась, а Сашка мгновенно прыгнул вперед и закрыл ее собой.
Инна растерянно смотрела, как изо всех сил парень держит калитку, чтобы беснующаяся собака не выбежала и не набросилась на них. Ее морда была прямо перед лицом Сашки. Казалось, вот-вот она цапнет своими зубами. Горящее вонючее дыхание псины чувствовала даже Инна.
Наконец она вышла из ступора и уперлась в калитку, помогая юноше. О том, чтобы просунуть руку и закрыть дверку на щеколду не могло быть и речи.
– Полкан, на место! – из домика выскочил сторож, схватил собаку за ошейник и потащил к будке. – Извините, забыл его на цепь посадить.
– А если бы ребенок вошел? – воскликнула с упреком Инна, а воображение нарисовало картину: странная Леночка в поисках сочувствия и ласки, увидев дом, идет к нему. Медсестра невольно передернула плечами.
– Ты, Инна, не ругайся на старика. Полкан свободно гулял по территории, первый день, как лагерь заехал, я еще не привык его привязывать.
Михалыч огорченно смотрел на Инну и Сашку. Полкан, увидев расстроенного хозяина, опять заворчал и загрохотал цепью. Инна повернулась к Сашке.
– Ты как?
– Нормально. Неожиданно, конечно, но без катастрофы. Даже испугаться не успел.
– Он тебя не укусил?
– Нет, сетка мелкая, зубами не достанет.
– А ты Кирпичников хорош! – с восхищением похлопал парня по руке Михалыч. – Реакция отменная. Проходите, что встали.
Инна все еще не могла прийти в себя. Сердце колотилось, руки дрожали. Она, конечно, восхитилась реакцией парня и сразу вспомнила осторожного мужа. Костя никогда не вмешивался в чужие конфликты и останавливал Инну. Если он видел драку или другой скандал, всегда уводил жену и детей, когда они оказывались рядом, подальше, только потом вызывал полицию.
Они жили на первом этаже многоквартирного дома, рядом находились две распивочные, поэтому такие ситуации часто происходили прямо под окнами их квартиры.
– Как ты можешь? – возмущалась более горячая Инна. – Вышел бы на балкон, сказал им пару ласковых, они бы и исчезли.
