– Понимаете, я не знаю, что с ним. Но он странно ходит, враскорячку, а теперь, смотрите, – Инна перевела взгляд на мальчика, – видите, как он сидит?
Ребенок действительно занял вынужденное положение. Он сидел только на краю кушетки, вцепившись пальцами в дерматин, и боялся пошевелиться. Испуганные глаза смотрели то на Инну, то на вожатую, то на Женьку, который от любопытства чуть не подпрыгивал.
– А вы не спрашивали у него?
– Спрашивала, но он плачет и не отвечает.
– Женя, сбегай в отряд, приведи моего сына! – приказала Инна. – Оля, выйдите в коридор, может быть, мальчик вас стесняется.
Выгнав всех из медпункта, Инна подвинула стул к ребенку. Она погладила его по руке, успокаивая, потом спросила.
– Ты можешь мне рассказать, в чем проблема?
– Не могу. Я домой хочу, – заплакал мальчишка.
– Хорошо, я могу вызвать твоих родителей, но, думаю, они не обрадуются. Два дня только прошло, а их ребенка вернули из лагеря домой больного, да еще и без медицинского осмотра. Как тебя зовут?
– Степан.
– Какое красивое русское имя. Ну, Степка, расскажешь мне?
– Нет. Я боюсь, – едва слышно ответил он, – там страшно…
Мальчик взглядом показал на развилку между ног и покраснел. Инна давно догадалась, что произошло что-то экстраординарное с его причинным местом, но что? Вот в чем был вопрос.
– Если хочешь, я попрошу кого-нибудь из мужчин с тобой поговорить, если ты меня стесняешься?
– Я могу помочь? – в дверях показался Саша Кирпичников.
Сердце Инны затрепетало. Как она ни старалась держаться подальше от красивого парня, за которым хвостиком ходили все девушки вожатые, у нее ничего не получалось. Судьба или проведение постоянно сталкивало их. Вот и сейчас! Его никто не звал в медпункт. К этому отряду он не имеет никакого отношения. Как он узнал о проблеме? От кого? Ответ появился сразу: за Сашкиной спиной стоял ее сын.
– Саша, ты попробуй расспроси Степана, что случилось. Он мне отказывается говорить, а я не хочу действовать насильно.
Инна взяла Мишку за руку и вывела на крыльцо.
– Рассказывай!
– О чем? – сын отвел глаза.
– Я не верю, что ты ничего не знаешь. Миша, если мы сейчас не поможем твоему другу, будет намного хуже. Он даже в больницу может попасть.
– Ну… у него… – Мошка замялся.
– Ему писать больно? – решила помочь Инна.
– Нет. Мам. Совсем не это!
– Господи! Ты можешь мне сказать! Я уже теряю терпение.
– У него там… клещ сидит.
– Где, там? – оторопела Инна.
– Ну, ты не понимаешь? – Мишка потянул мать к себе и горячо зашептал на ухо. – На яичке.
– На мошонке, ты хочешь сказать?
– Да. Он уже кровью налился, такой страшный. Степка перепугался, нам в туалете показывал.
– Господи, вы клеща не трогали? – теперь испугалась Инна.
Глупые мальчишки могли попытаться вытащить насекомое. А если они оставили его головку в ране. Тогда справиться с проблемой будет уже намного сложнее.
– Нет. Мам! Страшно! А вдруг на нас прыгнет.
– И где он мог его прихватить? – удивилась Инна и сразу сообразила: да хотя бы в тех кустах, где мальчишки нашли пчел.
Вообще, где угодно! Хотя территория лагеря и обрабатывалась, но в лесах Карелии так много клещей, что часть из них остается в июне даже после обработки.
Она приказала сыну посидеть на крыльце и вернулась в медпункт. Саша сидел рядом с мальчиком и о чем-то доверительно с ним беседовал. Увидев вошедшую Инну, он, слегка покраснев, сказал:
– У этого товарища клещ сидит в мошонке уже два дня, а он признаться боится.
– Вот и зря. Я тебе его сейчас за одну секунду удалю.
– А больно не будет? – округлил глаза Степка.
– Нет, если ты посидишь смирно, не дергаясь. Снимай штаны.
Степка уцепился руками за шорты, но, пока Инна готовилась, Саша уговорил мальчика раздеться. Медсестра положила на лоток пинцет, пузырек с вазелиновым маслом, пипетку, зеленку. Мальчик следил настороженным взглядом за ней. Она вымыла руки, надела перчатки и подошла к ребенку.
– Готов? Не бойся. Это совсем не больно, если ты не будешь дергаться. Я сначала капну маслом на твоего клеща. Видишь, какой он огромный!
Насекомое впилось в кожу, уже напиталось кровью и не двигалось.
– А зачем?
– Так мы перекроем ему дыхательные пути, и он ослабит хватку. Готов?
Инна капнула масло на клеща, потом взяла в руки пинцет.
– А это зачем? – Степан настороженно наблюдал за ее действиями.
– Теперь я захвачу клеща как можно ближе к коже. Тебя трогать не буду, только его. Пусть ему станет больно.
– Он тогда выберется?
– Сам он это сделать не в состоянии, а я помогу.
Инна прижала клеща пинцетом и осторожно, чтобы не повредить его, стала выкручивать против часовой стрелки. Степка даже не успел пискнуть, как насекомое лежало в полиэтиленовом пакетике с замком и едва шевелило лапками. Инна присмотрелась: все части тела на месте. Она взяла зеленку и обильно смазала красную ранку.
– А говорили, что не будет больно, – захныкал Степка.
– Так это обычная обработка после удаления клеща. Еще и укол надо сделать. А этого лесного паразита мы отправим на анализ для определения уровня его опасности для тебя.
