— Выходит, у него всё получилось! — он со значением глянул на Ариану: та прекрасно поняла, о ком он говорит. — Так быстро… А значит, мы спокойно можем отправиться домой прямо на рассвете.
— Не совсем так, — принцесса опять опустила голову.
Перед глазами у неё всё ещё стояло растерянное лицо Мака перед тем, как он шагнул за дверь. И она думала, что понимает причину… Но оказалось, что понимание это пока лишь смутное. Почему-то они не смогут отправиться домой на рассвете… Но почему?
Подняв голову, она поймала заинтересованный взгляд Джаса.
И в этот момент дверь распахнулась и в беседку вошёл новый посетитель.
Странный парень с прозрачными глазами и цепким взглядом, от которого Ариане захотелось спрятаться за спину Джаса, внимательно осмотрел все детали обстановки и поинтересовался, где он может найти принцессу Элиару.
Прибежавшая с питьевой водой для принца Корнелия опознала в госте сына своей соседки, живущей на противоположном краю Ланслет. Парень, тем временем, продолжал сверлить взглядом поочерёдно каждого, кто находился в помещении.
Бывалая хозяйка дома быстро прекратила эту игру в гляделки: восторженно и по слогам повторяя красивое имя парня — Энд-жен, и совсем не обращая внимания на его бурные протесты, она усадила его доедать оставшиеся куски пирога.
Пока Энджен жевал, уже отошедший от обморока Даеннир втолковывал ему, что произошло с Элиарой. Тот только рот раскрывал и хлопал глазами на все открывающиеся подробности, постепенно становясь всё серьезнее и серьезнее.
В конце концов он с совершенно сумрачным лицом поинтересовался, где сейчас Кид, и, узнав, что громила караулит у дверей комнаты, где лечат Элиару, тут же поднялся.
— Если она уже пришла в сознание, поскольку Вы тоже пришли в сознание, Ваше Высочество, то почему тогда Кид не привёл её сюда? Я должен проверить, всё ли в порядке.
Даеннир пытался объяснить чересчур преданному слуге, что в комнату пока нельзя входить и что Кид всё равно его туда не пустит, но, Энджен стоял на своем, утверждая, что громила принцессы в последнее время пренебрегает своими обязанностями.
Он снова поднялся, чтобы выйти, и почти обошёл край стола, где сидели принц и его маг, но тут в беседку стремительно впорхнул Ренар. Обрадовавшись сыну соседки в качестве гостя, он снова усадил того за стол и голосом, не терпящим возражений, потребовал у Корнелии ужин и чего-нибудь выпить в честь друга своего погибшего сына, Лионеля.
Ариана наблюдала эту забавную картину и в очередной раз удивлялась, как небольшое с виду помещение вмещает столько народу.
За столом сейчас сидели с одной стороны она и Джас, с другой — Даеннир и Рэймонд, а с третьей — Корнелия и Ренар, и за ним всё ещё оставалось свободное место. А кроме того, в другом краю беседки свободно помещались ещё кресло-качалка и несколько пустых стульев.
Пока Корнелия отвлеклась на мужа, подкладывая тому вкусные кусочки, Энджен, всё-таки обошёл Даеннира и Рэймонда и добрался до двери. Толкнул дверь и… испуганно шарахнулся назад.
— Гефер?.. — в его голосе послышался почти суеверный ужас.
На пороге стоял высокий человек. в длинной черной мантии. Надменное выражение лица и холодный блеск темно-изумрудных глаз не предвещали ничего хорошего.
Ариане открылось, что причина, по которой они не смогут уехать, только что прибыла к ним сама.
***
Максимиан
Мак с трудом открыл глаза.
Одному лешему известно, почему он обнаружил себя лежащим на кровати рядом с Элиарой, хотя, отправляясь в магический сон, сидел на полу и опирался спиной о кровать.
Приподнявшись, он удивлённо уставился на девушку, которая, в свою очередь, смотрела на него во все глаза. Во взгляде было даже не удивление, а что-то вроде шока, смешанного с восторгом.
Отметив про себя, что взгляд стал осмысленным, а цвет лица свежим, что означало вернувшееся к дочери императора здоровье, он почему-то залип на контраст ярко-белого белка глаз с темно-карим, почти черным, цветом радужки глаз. Сейчас он находил, что это очень красиво, как и весь облик принцессы в котором вновь появилась какая-то необъяснимая гармония — как тогда, когда он увидел её в первый раз, в камере…
— Ваше Высочество, простите, я должен был войти в магический сон для Вашего исцеления, — Мак отодвинулся на край кровати. — И я вошёл в него, но как оказался здесь, рядом с Вами, не знаю.
Он растерянно посмотрел на дочь императора, не представляя, удовлетворит ли её это объяснение.
Но Элиара придвинулась вслед за ним и произнесла почти шепотом:
— Это ты… Ты и есть «снимающий проклятия»!
— Что?..
Её сверкающие глаза в свете почти догоревшей свечи, оставленной им на столе, казались невероятно большими и почти бездонными.
