Лирн, схватившись за шею, ответил ошеломленным взглядом округлившихся глаз. Он исчез за спинами своих охранников и гаркнул:
— Не щадить тех, кто вздумает сопротивляться!
К Фойру уже бежали верные лиори Эли-Борга риоры, спеша помочь и догнать предателя.
— Назад! — заорал советника, пятясь назад. — У них арбалеты!
Крик утонул в лязганье затворов, топоте ног и рокоте человеческих голосов. И когда первые боржцы взбежали на возвышение, и роем болтов, откинувших тела риоров на тех, кто бежал следом. Фойра перехватил его первый помощник. Советник поднял на него взгляд и растерянно улыбнулся:
— А ведь мог…
На груди его вокруг уродливой рваной раны расплывалось алое пятно. Помощник потащил советника вниз, но Фойр вяло отмахнулся:
— Оставь… поздно.
Риор не слушал. Он подхватил советника на руки и устремился вниз, стиснув зубы от тяжести своей ноши… Не дошел. Следующий болт влетел в спину, и помощник повалился на ступени, уронив советника. Фойр покатился к изножью, растянулся на полу, и его стекленеющий взгляд устремился к потолку.
— Во славу… Эли-Борга, — прохрипел высокородный риор и замер, чтобы уже никогда не подняться на ноги.
Он уже не слышал ни женских надрывных криков, ни мужских возгласов, ни топота ног новых воинов, вбежавших в залу через неприметную дверь за возвышением, откуда зачастую выходила лиори для аудиенций, и куда скрылся пособник Эли-Харта вместе с рыдающей лейрой Дорин. Не слышал, как боржцы пытались выломать крепкие двери тронной залы, закрывшиеся, как только начался весь этот фарс, учиненный Дин-Лирном. И не слышал, как над тронной залой вновь взвился голос изменника, оравшего на пределе возможностей:
— Глупцы! У вас не осталось помощи!!! Все, кто остался за дверями залы и оказал сопротивление, перебиты! Покоритесь, или умрете! Мы никого не пощадим! Ваши дети, воспитанники Борга, в наших руках! Ваши жизни в наших руках! Мы убьем каждого, кто откажется подчиниться! Каждого!!!
— Архон, — сцедил сквозь зубы начальник дворцовой стражи. Он встретился взглядом с одним из риоров. Тот кусал губы, но молчал. — Дай нам время, Лирн! — выкрикнул начальник стражи.
— Пока не дурите, в вас никто не будет стрелять, — ответил предатель.
Оставшиеся в живых риоры собрались вместе. Они некоторое время молчали, разглядывая друг друга.
— Мы не вырвемся из западни, — все еще задыхаясь, просипел казначей. — Они положат нас и женщин, как и свиту лиори.
— Не пощадят, — согласился Дин-Лориг согласно кивнул, и все взгляды вновь устремились на него.
— Как случилось, что в Борге полно предателей? Что скажете, глава замковой стражи? — спросил один из риоров, но его одернули:
— Не время. Вернется лиори, с каждого спросит. А пока нужно что-то делать, чтобы было, кому отвечать на ее вопросы. Так что будем делать?
Дин-Лориг поморщился, но все-таки ответил:
— Предателям открыли ворота Борга. Меня самого поймали по пути из кабинета к покоям и притащили сюда.
— Что будем делать? — с раздражением повторил вопрос казначей.
— Надо сдаваться и принять его условия, — мрачно произнес Дин-Лориг, и ему тут же ответили возмущенными взглядами. Глава стражи передернул плечами, еще больше понизил голов и с горячностью продолжил: — Или принесем проклятую лже-клятву, и у лиори будут верные ей люди в стане врага, или сложим здесь головы, как скот на бойне.
— Лирн уже показал, что не дурак, он может нам не поверить.
— У него так же нет выхода, как у нас, — согласился казначей.
— Тогда нас все равно перебьют.
— Уже бы перебили, но ему нужно показать соседям, что боржцы добровольно приняли власть самозванки, иначе ее никто не признает. Есть наше доверие, есть лиори Ирэйн. Без нас — это козни Тайрада, и тогда ему не поздоровится. Лиоры не упустят возможность растерзать лицемера и освободившиеся земли. Лирн вынужден уговаривать нас, а мы вынуждены согласиться. Сейчас мы нужны друг другу, но когда придет время…
Риоры вновь замолчали. Они еще некоторое время обменивались взглядами, и, наконец, один из высокородных сплюнул:
— Тьфу, противно.
— Единственный выход, — напомнил Дин-Лориг. — Помочь лиори и Эли-Борг мы сможем только живыми.
— Согласен, — откликнулся помощник Дин-Солта, держась за раненное плечо. — Лже-клятва лже-лиори не имеет силы и не насеете урон чести. Поддержим это дешевое представление.
Дождавшись всеобщего согласия, Дин-Лориг выступил вперед и хмуро произнес:
— Мы готовы принести клятву лейре Дорин.
— Я не сомневался в вашем благоразумии, — усмехнулся Лирн. — Но вы должны знать, что у меня есть залог вашей преданности новой госпоже. Юные риоры останутся под нашим надзором, и как только кто-то из их отцов и родственников вздумает отступить от данной клятвы, надежда и будущее Эли-Борга будут уничтожены. Ваши дети — цена вашей верности.
— Мразь! — рванул из толпы риоров один из наставников подрастающего поколения. — Это же дети!
— Чудовище! — задохнулась супруга казначея.
— Не глупите, и все будут живы, — пожал плечами Дин-Лирн. — А теперь приступим к тому, ради чего вас здесь собрали. Госпожа, ваши подданные готовы приветствовать вас!
