— Наоборот, — откликнулся Юрий, который выглядел необычайно бодро и весело. — Нам нужно оставаться в доме и держать оборону. Оружие у вас есть?
Завирухин показал табельное.
— Отлично! Будем отстреливаться!
Вот когда Катюша по-настоящему пожалела, что отправилась с Янкой в монастырь. Ведь чувствовала же, что не надо ехать. И время было такое неподходящее, и настрой не тот. Нет, позволила себя уговорить. И что теперь? Как ей быть? Куда деваться? Бежать в лес и оставить своих друзей тут одних как-то некрасиво. Да и потом, что толку, если она убежит в лес? Кругом сугробы под два метра, увязнешь, так до поздней весны, пока весь снег не растает, и не найдут. А дорога чищеная тут всего одна, и по ней, скорей всего, уже едут бандиты. Бежать им навстречу опасно да и просто глупо.
Что-то мелькнуло такое в голове у Катюши, когда она подумала про позднюю весну и растаявшие сугробы. Но мелькнуло и пропало. Не тем сейчас были заняты мысли Катюши.
— Что же нам делать? Мы не можем отбиваться одни против двух десятков вооруженных до зубов головорезов. Нам нужно позвать на помощь! Надо сообщить в полицию!
— Полиция уже тут, — напомнил ей Завирухин.
— Нам нужна помощь посущественней!
— Волноваться нет причин. Помощь будет, — рассеянно отозвался Юрий, глядя в окно и не уточняя, откуда эта помощь материализуется. — Ага! А вот и наши красавчики! Пожаловали!
Катюша тоже выглянула в окошко, и сердце ушло у нее в самые пятки. На полянку перед домом медленно выкатились одна за одной три большие черные машины. В принципе каждая такая колымага вмещала в себя до семи-девяти человек. И значит, бандитов могло быть даже больше заявленного Юрием. Катюша покосилась на мужчину. Тот улыбался и был явно счастлив.
Девушка потихоньку спросила у Завирухина:
— Скажи мне, этот Юра… Он того… нормальный?
— Ага, — отозвался Завирухин, начищая свое табельное. — Отличный мужик. Я про него слышал!
Это Катюшу немножко утешило. К тому же и бандитов оказалось существенно меньше. Из трех машин вышло всего трое, и еще один остался стоять у внедорожника, подпирая собой высоченное колесо. Если их всего четверо, то они еще посмотрят, кто и кого одолеет! Их в избушке не четверо, а шестеро. Допустим, оружие есть только у Завирухина и Юры, но и они четверо тоже чего-нибудь да стоят. Катюша заметила, что Зарема вооружилась кочергой, и позавидовала, что сама не углядела такую замечательную штуку.
— Чем бы мне вооружиться?
Катя прошла на цыпочках к печке, над которой висели кастрюли и жаровни. Марина с Азаром уже схватили себе по чугунной сковороде, а на долю Катюши таким образом достался ухват. Ну что же, если хозяин доставал им из печки тяжелые чугунки с варевом или кашей, то и Катюше ухват тоже сгодится. Будет им таскать бандитов, словно горячие горшки.
Но долго радоваться Кате не пришлось. Бандиты поднялись на крыльцо и постучали. Вежливые такие бандиты, а рожи все равно страшные. Не дождавшись ответа, они гортанными голосами на незнакомом Кате языке произнесли несколько слов. Постояли, прислушались. Но так и не получив ответа, произнесли еще несколько фраз. На этот раз голоса их звучали уже угрожающе. И снова безрезультатно. Тогда один из них, самый нетерпеливый, изо всех сил ударил ногой по двери. Сработанная старым лесником дверь даже не шелохнулась. Но это послужило остальным бандитам сигналом. И все они, словно по команде, высыпали из своих машин.
— Ой, мамочки! — тихонько взвизгнула Катя, у которой душа ушла в пятки.
И было отчего прийти в ужас. Бандитов было так много, что белая полянка мгновенно почернела от их тел.
— Это что же такое делается! — в отчаянии прошептала Катюша. — Как их много! Юра, где же ваша обещанная помощь?
Но Юрий ее даже не услышал. Он внезапно отпрянул от окошка, в которое спустя пару секунд заглянула мрачная бородатая рожа. Заглянула и исчезла. С улицы было ничего не разобрать, что делается в доме. Во дворе уже стемнело, и внутри дома свет был тоже предусмотрительно погашен. Сами же окна в избушке у лесника были маленькие, человеку или крупному зверю вроде медведя нипочем не залезть. Рассмотреть в них что-либо было трудно даже днем.
Вообще, дом у лесника был сработан с тем условием, чтобы не позволить медведю или другому зверю натворить в нем бед. И дверь была массивная и крепкая. И окна крошечные. Одним словом, настоящий бастион, только что деревянный. Лесник — покойный дед Пахом — как знал, когда строил, что его дом будет использоваться в качестве осажденной крепости.
— Открывайте! — раздался возглас. — Мы вас не тронем!
Теперь преступники говорили по-русски, но с сильнейшим акцентом.
— Мы знаем, что вы здесь! Тут повсюду ваши следы!
Друзья молчали.
— Нам нужен наш друг — Султан. Где он? Султан! Подай голос, если ты жив!
Бандиты замолчали, ожидая ответа. Но так и не получив его, возбужденно загоготали. Раздались первые выстрелы, кто-то от нетерпения и сгоряча палил по стене дома. Один из выстрелов угодил в окно, в котором образовалось аккуратное круглое отверстие с сеточкой трещин. А сама пуля застряла в стене напротив.
