Я и сама прекрасно понимала, на что это похоже. Не вчера родилась. “Не может такого быть!” — упрямо твердила душа. “Почему нет?” — скептично интересовался разум и подсовывал новые доказательства собственной правоты. И без Санькиных подсказок было понятно: букет, деланое веселье вкупе с виновато бегающими глазами — все это не просто так. А еще дома царил идеальный порядок. Даже вечно забрызганное зеркало в ванной идеально блестело. Этот ослепительный блеск меня просто доконал. А когда я увидела на плите остывающую кастрюлю с супом, а в холодильнике ягодный торт, выдержке моей пришел окончательный и бесповоротный конец.
Пнув подвернувшийся под ноги Лешкин ботинок, я пулей рванула к двери, на ходу набирая Санькин номер.
— Настя, — попытался остановить меня Лешка, — что с тобой? Тебя обидел кто-то? Что случилось?
Он попытался взять меня за руку, с тревогой посмотрел в лицо, но я вырвалась и, с чудовищным грохотом захлопнув дверь, побежала пешком вниз. Примерно на двадцатой ступеньке я подумала, что веду себя не совсем адекватно. Но слишком много событий обрушилось на мою больную голову в последнее время, нервы и без Лешкиного супа были на пределе, а тут еще и торт, и цветы, и тапочки мне принес, едва я только сняла правый ботинок. Не то чтобы Лешка по жизни был равнодушным грубияном или вовсе не проявлял ко мне заботы, но все мыслимые знаки внимания разом настораживали. И это после десяти дней молчания!
— Что же теперь делать? — устало спросила я подругу.
— Ох, Настя, — Санька подлила нам еще коньяку, — сложный вопрос. Главное, не горячись, не руби с плеча и не устраивай истерики. Тебе пока и предъявить ему нечего.
— Да не собираюсь я ему ничего предъявлять. Еще чего! Не стану опускаться до сцен ревности, даже и не подумаю, — неуверенно добавила я, — да и вообще не до того сейчас. Но, Санька, как он мог? Как он мог? Я, рискуя шкурой, отрабатывала этот чертов аванс, думала, получу еще денег, сможем наконец отремонтировать кухню. У меня от этого буйства красок уже крыша едет.
— Да, смалодушничала ты тогда, надо было гнать дизайнера в шею. Я тебе, между прочим, говорила.
— А, — отмахнулась я, — какая теперь разница, кому это теперь надо?
— Все-таки не горячись. У тебя есть подозрения, кто она?
— Подозрения? Как бы не так! У меня есть твердая, стопроцентная уверенность. Это она!
— Хорошо, что не он.
— Не делай вид, будто не понимаешь, о ком я. Это стерва сразу положила на него глаз.
— Ты имеешь в виду Леночку?
— Леночку, Леночку!
— Да зачем ей сдался твой Лешка? Рядом Димка, свободный и очень перспективный мужик. Я бы на ее месте…
— Ты, Сань, никогда не будешь на ее месте. У тебя наглости не хватит. На Димку она тоже положила глаз. Да я уверена, что у нее таких с дюжину, не меньше, наберется.
— Тогда все шансы на твоей стороне. Если ты не преувеличиваешь, то она, прости, конечно, просто шлюха. Переживать не о чем, Лешка же не дурак.
— Не дурак…— пригорюнилась я, — но разве мне от этого легче? Ты бы видела, как они на нее смотрят… А ей что, ей, может, из принципа приятно людям жизнь портить. Ей главное — заполучить, а уж зачем, вопрос десятый. Чтобы было.
Санька призадумалась. Она и без меня знала, что есть такой тип женщин, который в народе принято именовать хищницами. Даже если им не очень надо, они всегда норовят завалить дичь и лишь потом уже думают, что с ней делать. Чаще всего, как это ни странно, очень долго они остаются одинокими. А как бы вы поступили на их месте? Быстро выйти замуж в их ситуации — примерно то же самое, что прийти в шикарный магазин с прорвой денег и купить без примерки первую вещь с краю.
— Не говорю, что он собирается меня бросить. Наверное, нет, — неуверенно добавила я, — но кому от этого легче? После таких выкрутасов разве я смогу относиться к нему по-прежнему? Меня это будет тяготить, понимаешь?
— Да понимаю, — кивнула Санька.
Ее квартира сегодня поражала почти идеальной чистотой. Видимо, еще накануне Нового года она устроила тут генеральную уборку. Даже вечно мятые шторы спадали красивыми ровными складками, а выставленные в горке хрустальные бокалы сияли как новые. Олега ждала? А он опять не приехал?
— Ладно, видела я вашу Леночку, ничего особенного. Разберемся, — успокоила меня Санька и, взяв с меня твердое обещание не устраивать светопреставления, проводила до двери.
