В самом деле, пора было уже спать. Но у полковника не шло из головы, что они со Стасом словно бродят в темноте, постоянно что-то упуская. Первые дни расследования всегда проходят практически одинаково, если это не погоня за кем-то, если подозреваемый не известен сразу же. Начинаются дела со сбора информации. Потом идет анализ. Параллельно отметаются те версии, которые не стоят внимания. И появляются новые, более жизнеспособные варианты.
Пока Гуров был уверен только в одном. Они должны понять, почему именно эти следственные изоляторы. Их явно выбрали не случайно. Они, конечно, проверяют жертв. И это правильно, но неплохо бы проверить и сами СИЗО. Может быть, дело в зданиях? Или есть какой-то общий фактор, пока оперативникам неизвестный? Гуров поставил себе мысленную галочку, что завтра нужно пробить весь персонал. Особенно тех, кто работает не первый год и работал и в других следственных изоляторах.
Любое расследование – это не всегда игра в следопыта. Часто приходится самому побыть в роли паука, разбрасывая приманку в паутине. Лев вздохнул, прислушиваясь к мерному дыханию жены. Сон не шел, но тишина спальни – это еще и время, чтобы подумать.
– Даш, ты домой вообще уходишь или нет? – спросил Лев, когда обнаружил утром Дарью на рабочем месте. – Или Илья у нас такой же трудоголик?
– А…
Посмотрев на Дарью, Гуров дал себе обещание больше не пытаться ее смутить. Ну правда, зачем он это делает, если знает, что она ужасно стеснительная?
– Дарья, я все-таки сыщик, и пока ваши отношения не мешают работе, а как оказалось, и еще и помогают ей, то меня это не касается, – улыбнулся оперативник. Понять, что у их эксперта и главы технической службы начинались отношения, было несложно. Дарья стала чаще задерживаться, Илья забирал ее с работы, Даша трогательно краснела каждый раз, когда кто-то при ней начинал говорить про техников, а на ее рабочем месте вместе привычного гнезда из проводов теперь был такой порядок, что это даже немного пугало.
– Хорошо, – выдохнула Дарья и быстро отрапортовала: – Адреса тех, кто переводил деньги нашим пропавшим, у вас на столе. По анализам крови: есть слабые следы наркотических веществ, но данных очень мало, к сожалению, если наркотики принимаются первый раз, то их сложно обнаружить в крови. К тому же когда тело доставлено не в первый же день после убийства.
– Как ты изящно сформулировала, Даш. Ладно, будем копать дальше.
Быстро доложив Орлову все, что они надумали, Гуров прикинул, что для начала ехать к тем, кто переводил деньги на счета в СИЗО, лично не так уж и обязательно. Благо все их телефоны были доступны. И вот тут выяснился интересный факт. Переводы делали по паспортам людей, которые, как выяснилось после разговора по телефону, понятия не имели, что их паспортные данные использовались для таких странных дел. Почти все, с кем он разговаривал, сначала приняли полковника за мошенника и даже попытались пригрозить Гурову полицией, чем изрядно его развеселили.
Полковник посоветовал всем людям из списка поменять паспорт, потому что данные были, скорее всего, скомпрометированы, положил трубку и устало потер виски. Итак. Одиннадцать человек. Ни один из них не знал потерпевших. Ни у кого не пропадали деньги. Ни к кому не поступали звонки от мошенников. Кто-то скопировал данные паспортов, каким образом, пока неизвестно. И суммы-то в самом деле были маленькие. Но теперь становилось понятно, откуда утекли данные. Все они делали заказы на том самом сайте интернет-магазина, объявление о закрытии которого и переносе в связи с усилением систем безопасности видел Гуров на двери СИЗО. И даже сфотографировал. Значит, скорее всего, кто-то взломал сайт магазина.
И было не очень понятно, зачем кому-то делать такие переводы, особенно используя для этого украденные данные. Чтобы оставить след из хлебных крошек? Для кого? Для него, полковника Гурова?
– Добрый день, полковник. – Звонкий голос оторвал Гурова от размышлений. – Простите мое любопытство, вот решила заехать, поинтересоваться, нет ли каких-то новостей по нашему делу. Генерал Орлов передал мне вашу просьбу, и вот тут я собрала все материалы.
Капитан Алая заглянула в кабинет и приветливо улыбнулась Льву Ивановичу. Удивительная женщина. Учитывая ведомство, в котором она работала, и службу, которой заведовала, Екатерина Алая все те разы, что они виделись, всегда была приветлива, спокойна. Гурову даже начинало казаться, что она действительно рада видеть всех окружающих. И эту радость и приветливость хотелось передать дальше, как какой-то приятный подарок. Мало людей умеют быть такими.
И хотелось верить, что это искренне, а не часть образа, хотя кто знает…
Лев удивленно приподнял брови. На самом деле он не просил ничего передавать капитану Алой. Да, полковник был с утра у Орлова и кратко доложил ему свои соображения. Но это все.
Видимо прочитав выражение его лица, гостья рассмеялась:
