Все с удовольствием согласились с предложением командира, и, как следовало ожидать, кто-то не преминул добавить:
- Работу закончили, задачу выполнили, грех, конечно, отказаться от товарищеского ужина.
Намек был настолько ясен, что мне пришлось еще раз повторить приглашение на прием дорогих друзей, тем более что жили мы в одной гостинице.
Подвиг
На аэродроме идет напряженная летная работа. Подходит к концу и подготовка к полету нашего серебристого гиганта. Да, это действительно грозная сила. Самолет-ракетоносец, носитель - как его называют военные. И то и другое верно. Все, что смогли придумать недюжинные умы ученых, вложено в эту машину. Сегодня предстоит до тонкостей исследовать поведение самолета на минимальных, граничащих со срывом в штопор, скоростях полета.
Виктор Игнатьевич Кузнецов давно знаком с «летным характером» машины, но ему до сих пор приходилось летать в условиях, которые не слишком подходили к пределам аэродинамических возможностей. Самолеты, как и многие живые существа, бывают очень строптивыми, когда касаются их интимных чувств. Исследовать эти чувства, а вернее сказать, поведение самолета на пределе его возможностей, дело опасное и связано с большим риском для испытателей. Поэтому за полетом от взлета до посадки непрерывно будут следить с земли с помощью радиолокационной станции и записывать показания многочисленной испытательной аппаратуры с помощью радиотелеметрической системы.
В таком полете может быть столько неожиданных ситуаций, что даже такой опытный летчик-испытатель, как Виктор Игнатьевич Кузнецов, не сможет уловить всех тонкостей поведения самолета. В этом ему должна помочь техника.
Особая сложность и опасность задания вынуждает сократить экипаж до минимума. В полет пойдут только двое: командир и бортовой радист Юрий Александрович Новиков.
Виктор Игнатьевич Кузнецов пришел в наш коллектив значительно позже, чем такие ветераны института, как А. В. Сарыгин, С. М. Антонов, И. А. Азбиевич, А. Ф. Митронин. Но пришел он к нам не с пустыми руками. Мужественно и бесстрашно громил Кузнецов врага на фронтах Великой Отечественной войны, а после ее окончания много сил и труда вложил в испытание техники воздушнодесантных войск. Буксировка и пилотирование десантных планеров, полеты с внешней подвеской больших грузов, десантирование войск и многое другое пришлось выполнять летчику-испытателю. Это очень сложные, требующие отличной техники пилотирования полеты.
В нашем институте Кузнецов стал одним из ведущих летчиков-испытателей дальних и стратегических самолетов и тяжелых пассажирских лайнеров, а через несколько лет его уже знали многие конструкторские бюро.
Юрий Александрович Новиков под стать командиру. Он провел несколько тысяч часов в воздухе. Большая часть этого времени ушла на испытание самолетов.
Юрий Александрович среднего роста, смуглый симпатичный молодой человек. Это скромный, вежливый и всеми уважаемый товарищ. Одно из характерных его качеств - пунктуальность. Всякое дело, которое ему поручают, он выполняет идеально, с большой точностью. Как радист-испытатель Новиков просто незаменим. В самых тяжелых условиях полета связь с землей обеспечивается им бесперебойно. Иной раз даже не поймешь, как это у него получалось. И в каких только переделках ему не приходилось бывать, но он всегда хладнокровно, смело и мужественно выполнял свой долг. Новиков всегда желанный член экипажа на любом испытываемом самолете.
Таков экипаж ракетоносца, которому предстояло проделать сложный эксперимент.
На командира экипажа в этом полете возлагаются и штурманские обязанности. Это усложняет и без того трудную работу летчика.
Опережая события, можно сказать, что риск, о котором говорили командование и сами летчики, заключался в том, что на критических режимах на большой высоте корабль мог свалиться в штопор. Из такого положения его еще никто не выводил, и, естественно, никто не мог сказать, как это сделать. Ну, а если самолет не выйдет из штопора, экипажу нужно будет вовремя покинуть борт самолета. Сделать это надо очень быстро. Поэтому-то и сократили экипаж.
Задание на полет изучено до мельчайших подробностей. Кажется, разбуди членов экипажа ночью, они с феноменальной точностью расскажут последовательность своих действий в полете. Это необходимо. В воздухе на раздумье не останется времени. Все будет решаться секундами.
Настал день полета.
- Виктор Игнатьевич, самолет к полету подготовлен, - доложил ведущий инженер.
- Прекрасно. Юра, собирайся, сейчас пойдем на самолет.
- Я готов. Данные по связи взял.
Через несколько минут был готов и командир.
- Ну что ж, пошли. Вопросов по выполнению задания у нас нет, - сказал Виктор Игнатьевич подошедшему к ним ведущему инженеру.
- Командир, когда будете начинать выполнение последнего режима, сообщите на командный пункт. Мы будем ждать ваших сообщений.
- Хорошо. Будет сделано, - в шутку ответил он.
