— Арам очень благодарен тебе, за Ануш. Он слег когда узнал о пропаже дочери. Ты спас ему жизнь.
Не говори ни чего, Петр Алексеевич, нельзя словами выразить благодарность, которую он испытывает. За то, для многих в городе, смерть Барона стала праздником, особенно смерть его подельника Чухонца. Они стольким людям испортил жизнь. Ашон нахмурился, видать и его не обошли вниманием.
— Слышал и дочь купца Комова, вернулась домой. Теперь все гадают, кто этот спаситель юных дев.
Ашот громко рассмеялся.
— Я с первой нашей встречи проникся уважением к тебе и вижу, что не ошибся. К большому сожалению, в моей жизни, мало встречается людей, таких как ты. Я попросил, еще раз, Комова, Сенина не рассказывать ни кому о том, что случилось с их дочерьми, за Арама не переживай.
Вот и все, что я хотел сказать тебе. Позавтракаешь со мной?
— Нет благодарю, нужно ехать. До свидания Ашот.
Всю дорогу, до постоялого двора, я переваривал информацию полученную от Ашота. Он в открытую призывал меня опасаться не сколько криминал, а чиновничью и военную братию. Это люди облеченные властью и имеющие рычаги давления, административный ресурс. Если они возьмутся по-серьезному и найдут меня, то раздавят без особых усилий. Теперь нужно залечь на дно и отслеживать ситуацию. Единственное, что меня сильно встревожило, это связь Барона с Абдулах –амином. Вот это серьезная тема. Нужно тщательно изучить бумаги взятые у барона. С учетом денег, которые у меня под задницей, обеспечение сотни на три года хватит. Еще камни, которые в имуществе Барона. Можно спокойно уходить со службы и ехать домой в Москву. Хочу ли этого? Пожалуй нет, не сейчас.
Сразу вспомнилась Кавказская война из моей прошлой жизни. Понятное дело политика, геополитика и другая срань. Смутные времена, мутная вода и огромное количество людей, которые наживаются на людском горе.
— Лучше не погружаться в это философское дерьмо, мало того, что утонешь, так еще мозги сломаешь.
Эркен в полной готовности ожидал нас и, как только мы подъехали к постоялому двору, присоединился к нам.
— Как ночевка?
— Все в порядке, командир.
Двигались мы быстро, не особо задерживаясь на стоянках. Возки оказались ходкими и достаточно комфортными. Опознать по ним прежнего хозяина трудно, так как, он, не особо светился на людях в нашем регионе. Решил пока оставить, Тихон что-нибудь придумает. Обоз с хорунжим прибыл на сутки раньше нас. По прибытию нужно в первую очередь разобраться с имуществом Барона, а оно оказалось весьма солидным. Деньги покупателя оприходовал Егор Лукич с Анисимом, оказалось ровно десять тысяч, семь тысяч золотом, три тысячи серебром. Егор Лукич даже вспотел.
— Этож какие деньжища, командир, нам на пять лет житья хватит.
Ошеломленный, он ни как не мог освоить такую сумму, да еще наличными.
— Ты, это, Егор, схрон сооруди что ли, а то лежит казна в комнатушке навалом, как чулан с хламом.- посоветовал Анисим.
— Тожа верно, завтра и подумаем, как все обделать.
— Интересно, возникают у них мысли прикарманить немного себе?
Сижу и внимательно наблюдаю за их реакцией.
— Еще будут поступления на наш счет, разберусь и передам.
— Это как? — озадачился Егор Лукич.
— Видишь два мешка, там все вперемешку.
— Это где ж ты, так прошелся, командир? — Анисим вопросительно посмотрел на меня.
— Где был, там уже нет.- ответил я, что бы прекратить не нужный разговор.
Я уже премировал всех, кто был со мной в последнем деле. Выдал по 25 рублей серебром. Эркену Савве и Бирюку по 30. Золотыми монетами не стал давать, не хорошо это, когда рядовой казак золотом расплачивается, у продавца сдачи не будет.
Дома Аслан и Ада встретили меня поклоном. Ада не могла скрыть радостной улыбки, ну еще бы столько барахла накупила, для дома конечно, для себя самую малость. Из всей суммы выданной ей не осталось ни копейки.
Следующие три дня я запретил меня беспокоить и сидел в маленькой комнате, разбирал имущество Барона. Тысяча двести российские золотые, триста английские, пятьсот французские, что подтверждает связь Барона с Абдулах –амином. Полторы тысячи серебром, приличное количество ассигнаций. В шкатулке лежали бумаги. Письма личного характера и долговые расписки. Шесть из них по поводу взятых в заём денег. Суммы приличные, самое малое 700 рублей серебром и мне сразу бросилось, что эту сумму брал торговец Малов Авдей, под залог своей ювелирной лавки, которая находилась на базаре. Видимо та лавка, в которой похищали девушек. Никакого серьезного компромата не нашел, только одна расписка в получении полторы тысячи рублей, некто Солинский Валериан, поинтересуюсь позже. И вишенка на всем этом, набор драгоценных камней. Тщательно отобранные пятнадцать изумрудов, девять сапфиров, десять рубинов и восемь алмазов. Все крупные и хорошего цвета. Думаю на мои нужды более чем достаточно. Так же отложил себе 500 российских золотых, французские и английские монеты, остальное сдал Егору Лукичу, который оборудовал чулан под хранение нашей казны. Он вкопал металлический ящик с замком, сделанный Тихоном, закрывающийся деревянной крышкой. Навесил крепко сколоченную дверь.
