— Это расписка о неразглашении данных предварительного следствия. Подпиши.
Я криво усмехнулся, подумал и расписался.
— Ну, теперь другое дело... Учти, Леша, арест до трех месяцев, — серьезно предупредила она и аккуратно вложила листок в папку.
— Городская квартира Ларисы Фарафоновой – дочери главы администрации Старогорска – была ограблена в июле этого года. Женщина заявила в полицию, следственный отдел возбудил дело, начали расследование. И тут приплыли. В описи похищенного имущества значились девять золотых монет 1777 года выпуска. Подлинных, с документами. На общую сумму около трехсот тысяч долларов.
— Не хило…
— Вот и следователь полицейский то же самое сказал. Он один раз спросил у Фарафоновой – откуда, мол, такое богатство. Второй раз спросил. В третий раз спросить не успел, потому что неожиданно вышел на пенсию, а перед этим его наградили за успешную службу трехкомнатной квартирой. А делом попросили – именно попросили – заняться Следственный комитет. Начальник следствия СК Трухин ведь добрый, никогда не откажет.
Катя рассказывала буднично, ловко нарезая кусочками мясо. Я сидел здесь же и чистил картошку.
— А почему вы сразу-то Аленковой не заинтересовались? Если она уволилась как раз перед ограблением – сам Бог велел ее подозревать.
— А кто тебе сказал, что мы ею не заинтересовались? Она еще у предыдущего следователя, который теперь с квартирой, была подозреваемой номер один. Но не будем же мы ее задерживать с такими смешными доказательствами? Мы пока что наводили справки. Кроме того, полиция задержала одного из грабителей – парня девятнадцати лет – а он по фотографии опознал дочь Ларисы Фарафоновой, как подельницу. Самого организатора он при этом не видел – даже во время ограбления они оба были в масках, а связь держали как раз через Фарафонову.
— Ну и прекрасно! Почему тогда снова про Аленкову вспомнили?
— Я разговаривала с этой Оксаной, Леш – он использовал ее втемную, она передавала нашему задержанному письма, и сама не знала, что делает. Мне кажется, организатор не был до конца уверен в Аленковой. Скорее всего, между ними произошла ссора, и он был готов к тому, что Дарья откажется ему помогать. Для этого он и держал Фарафонову-младшую на коротком поводке.
— И убрать Аленкову после ограбления у него в этом случае причины веские… Вообще как-то странно – она работала у Фарафоновых под своей фамилией, после ограбления не пыталась скрыться, вместо этого спокойно жила по прежнему адресу. Может быть, это ее, а не Фарафонову-младшую использовали втемную?
Катя покачала головой:
— Вряд ли. Она просто не могла предположить, что Фарафоновы заявят в полицию. Муж Фарафоновой заведует земельным фондом в Администрации, а в свободное от работы время увлекается коллекционированием предметов старины, хотя ничего особо ценного у него не было, кроме этих монет. А монеты ему подарили как раз перед тем, как он отписал участок земли одной фирме – под строительство супермаркета. Участок в очень неплохом месте расположен, и его многие не прочь были выкупить. Так вот, организатор и Аленкова были уверены, что Фарафоновы не захотят обнародовать эти факты и не заявят о краже. Только потому они на эту квартиру и нацелились. Да и к работе у Фарафоновых Аленкова подготовилась слишком основательно для совпадения.
Пока я прозябал в офисе, Катя, оказывается, посетила один детский сад, где Дарья Аленкова работала воспитателем до того, как вышла замуж. О том, что Дарья по профессии воспитатель, рассказала Лариса Фарафонова, сомнениям этот факт она не подвергала. А вот директриса садика даже заикаться начала от волнения, когда следователь СК попросила выписку о сроках работы здесь Аленковой – тогда еще Мерешко. В общем, спустя десять минут, директриса призналась, что Дарья Мерешко никогда у них не работала, она даже не видела никогда эту девушку. Просто одна из знакомых попросила её выдать справку на имя Мерешко, что, мол, та работала здесь с такого по такой-то год. Что та и сделала.
— И что за знакомая просила эту справку сделать?
Я умолял судьбу, чтоб ей оказалась Лиля Захарова – она хоть и вне зоны досягаемости, но тогда круг хотя бы сомкнется. Но подругой оказалась некая Елена Алексеевна Волчек 1966 года рождения, сама воспитатель по образованию. Сейчас она проживала на Выборгской стороне вместе с мужем и сыном. Катя даже успела дозвониться по ее домашнему телефону, хотела назначить ей встречу на завтра. Однако к телефону подошел супруг – Елена Волчек с ребенком отдыхала на море и вернуться намеревалась не раньше начала октября.
— Зачем тебе понадобились командировки Аленкова? – спросил тогда я.
Катя недобро улыбнулась:
