Вика сидит рядом на расстоянии вытянутой руки и безразличным взглядом смотрит в окно. Я поглядываю изредка в её сторону, испытывая при этом смешанные чувства. Мне до зуда в ладонях хочется прикоснуться к ней, прижать к себе и сказать, что всё будет хорошо. Не знаю, как и почему, но обязательно будет. А ещё я злюсь, безумно злюсь на неё: за её дурость, за то, что натворила, за то, что вообще хотела уйти таким отчаянным и неправильным образом. Я сжимаю руль до белых костяшек на пальцах рук и стискиваю зубы от желания высказаться. Я молчу, потому что в её состоянии даже повышенный тон может вызвать непредсказуемые последствия. Мы добираемся до дома, я открываю перед Викой дверь и, взяв листы с рекомендациями Андрея, иду в аптеку.
***
Квартира Демида встречает меня привычным уютом и солнечным светом, пробивающимся в окно. Я отсутствовала тут всего неделю, а такое чувство − словно прошли годы. Баська спрыгивает с дивана и трётся о ноги, ластится, мурлычет. Я сажусь на край дивана, беря её на руки и провожу рукой по мягкой шёрстке, скользя взглядом по знакомой обстановке квартиры.
Почему-то слова психотерапевта именно сейчас всплывают в моей голове. Это вызывает горькую улыбку.
Когда вернулся Демид, я уже собирала вещи.
− Твои лекарства, – он кладет небольшой пакет из аптеки на кровать.
− Спасибо, не стоило, я бы сама купила. Сколько я тебе должна? – он выругивается себе под нос и отходит в сторону.
− Нисколько, − я ничего не отвечаю, пытаясь упаковать вещи так, чтобы всё влезло в сумку. Вещей за эти два месяца стало заметно больше. Что-то забирала с работы, что-то докупала. В большей степени, это средства гигиены и косметика. В маленькую сумку, которую я прихватила из дома уже всё не входило. Демид, заметив мою проблему, вытащил из шкафа дорожную сумку и поставил передо мной.
− Возьми, удобней.
− Спасибо.
− Можешь не возвращать, всё равно не пользуюсь. Баську не забирай, пусть тут остаётся, мало ли что… − он не договорил, но всё было понятно и без слов. Он боялся, что кошка в случае моей смерти останется одна в квартире, и после будет просто выброшена на улицу. Я лишь качнула утвердительно головой и продолжила упаковывать вещи. Я понимала его страх. Я не смогла позаботиться о самой себе, а тут живой существо, которое тоже нуждается в заботе и внимании. Демид вышел из комнаты. Когда все сумки были упакованы, я присела на край кровати и набрала номер такси. Надо уходить, пока хватает сил, пока ещё держу свои эмоции под контролем, пока могу сделать хоть один шаг. Оператор принял заказ. Сумки собраны. И если это был чей-то написанный сценарий, то автор уже каллиграфическим почерком размашисто выводил бы «THE END» на последней странице нашей короткой истории.
Демида я нашла на балконе. Всё его тело выдавало внутреннее напряжение, и в этом я чувствовала свою вину.
− Не бойся, я ничего с собой не сделаю, − произнесла, останавливаясь рядом с ним.
− Говорят, суицидникам верить нельзя, – сквозь зубы произнес Демид, затягиваясь сигаретой.
− Мне можешь верить.
− И почему же? – не скрытая ирония сквозит в его голосе, царапая мою душу.
− Ты попросил меня ничего такого не делать, я обещала. Значит, не сделаю.
− Вик, порой одних слов мало, – снова недоверие, и очередная затяжка. Он выпускает дым, а я слежу за каждым его движением, стараясь отложить их в своей памяти до мелочей. Я так и не смогла поверить до конца, что этот красивый мужчина был со мной. Пусть не по-настоящему, пусть такой короткий миг, но был рядом.
− Если бы ты сейчас сказал прыгнуть с этого балкона, я бы, не задумываясь, это сделала, − произношу тихо на одном дыхании. − Сказал бы вздёрнуться, то уже готовила бы верёвку. Я сделаю всё, что ты попросишь, если этим я хоть немного смогу тебе понравиться, – Демид бросает на меня взгляд, наполненный тревогой. − Не смотри на меня, как на сумасшедшую. Я понимаю, что это ненормально и это пугает, но я откровенна с тобой. Так же понимаю, что ничего из этого не поможет. Психолог называла это формой созависимости. Я считаю, что это просто доверие.
− Я хочу, чтобы ты была жива и счастлива, – он оборачивается в мою сторону и смотрит в мои глаза. − Будь счастливой, Вик.
− Хорошо. Я попытаюсь.
− Я могу тебя отвезти.
