— Др-р-раконы и люди встречались издревле, — звучно рокотала старушка, постукивая указкой по столу перед собой, как кучер хлыстиком. — О чём свидетельствуют многочисленные фрески и мозаики на стенах древних храмов, пещер и базилик. Есть геоглифы Перу и Наска, есть камни Ики, статуэтки Акамбаро из коллекции Вальдемара Джульсруда, есть прочие подобные доказательства. Так что попытка волшебников спрятать драконов от магглов, мягко говоря, провалилась. У человечества осталось слишком много напоминаний об огнедышащих ящерах. И большинство из них встречается в литературе. О драконах написано очень много сказок, былин и притчей, в том числе и библейские предания. К чему я веду, а?.. — остановившись, Батильда лукаво глянула на ребят. Те, получив приглашение к дискуссии, радостно оживились.
— К тому, что человечество заново знакомят с драконами! — догадливо выкрикнул один из первоклашек.
— Верно, мистер Лэнгдон! — похвалила Бэгшот. — И почему? — кинула она наводящий вопрос классу.
— Потому что драконов больше не надо прятать! — восторженно заголосила половина класса. Поднялся невообразимый шум и гвалт, все были так взбудоражены открывшейся перспективой, что многие повскакивали с мест и запрыгали очумевшими тушканчиками. Ещё бы… Открыть миру крылатого зверя и смело наблюдать за полетом наравне со всеми, это ли не всеобщее чудо?!
— К слову, — кашлянула Бэгшот и класс выжидательно притих. — Магглам уже приоткрыли несколько тайн прошлого. Например, прояснили феномен следов из Девоншира, которые в тысяча восемьсот пятьдесят пятом году оставил влюбленный лунный телец, нечаянно перепугавший десятка два графств по югу Англии. И так везде: русалка, найденная на морском берегу, паутина паука-гиганта, случайно обнаруженная в глухом лесу грибником, хорёк-невидимка, таскающий цыплят с отдаленной фермы и оказавшийся садовым гномом, и многое-многое другое. Таким образом границы неведомого потихоньку стираются уже сейчас, практически всё волшебники объяснили людям. И знаете, никакого возмущения со стороны последних, как ни странно, не последовало, наоборот, люди были рады таким объяснениям, и даже больше, они искренне счастливы, что криптозои на деле оказались сказочными существами вроде единорога. А фраза, сказанная одним из ученых, вовсе стала сенсационной.
— Какая фраза? — взволнованно выкрикнул Аргус.
— «Слава Богу, это не жуткая чупакабра!» — торжествующе провозгласила профессор Бэгшот.
— Ого! Ура! — шквал восторга едва не снес стены класса, так были обрадованы дети. А профессор, разогрев детский интерес, перешла непосредственно к уроку Истории магии: принялась рассказывать о возникновении людского и волшебного миров, о том, как первые люди постигали тайны природы и открывали волшбу. Рассказывала о том, как заключались союзы с магическими существами, как возникали и разрастались конфликты с чудовищами ночи и тьмы, ведь не все из созданий природы были настроены мирно по отношению к человечеству. Вампиров, например, и в наши дни приходится держать в узде, несмотря на некую романтичность, которую развивали некоторые писатели, как правило глупые и мечтательные, ничего о вампирах не знающие…
— Запомните, детишки! — гаркнула Бэгшот, грохнув указкой по столу. — Увидите вампира и смертофалда, немедленно пуляйте в них люмосами, ибо эти твари, хвала Мерлину, света боятся, как черти ладана. А кто постарше, те пусть сразу без раздумий выпускают Патронуса. К третьему курсу обычно всех начинают учить этой защите.
— Профессор, — поднял руку Ларри О’Нил. — Здесь сквибы и не-маги!
— К ним это тоже относится! — рявкнула бодрая профессор. — Патронусы есть у всех, просто не всем это видно. Зато отлично видят вампиры, иначе б давно людей усосали. Понятно, о чём я говорю?
А так как дети лишь обалдело помотали головами, Бэгшот продолжила:
