Ной вышел из операционной, миновал пост дежурной сестры и, толкнув распашные двустворчатые двери, покинул хирургический блок. Настроение у него заметно улучшилось после того, как он заглянул в каждый из двадцати четырех операционных залов и убедился, что новенькие справляются с обязанностями ассистентов — основное занятие ординаторов первого года обучения. И хотя Ной и так знал, что у них все в порядке — за первую неделю работы ни от врачей, ни от сестер жалоб не поступало, — он все же предпочитал лично проверить каждого. Нет ничего лучше, чем забежать на минутку в операционную, почувствовать царящую там атмосферу, послушать разговоры хирургов, подтрунивающих над ассистентами, а затем перекинуться парой слов с дежурной сестрой. Некоторые из хирургов замечали его краем глаза, но большинство даже не видели. Ной ощущал себя спецагентом под прикрытием.
Вернувшись в общую комнату отдыха хирургического отделения, Ной решил, что может позволить себе налить чашку кофе и спокойно выпить его, стоя возле окна и наблюдая за движением судов в раскинувшейся внизу Бостонской бухте. Большинство из них были грузовыми, но кое-где виднелись и прогулочные катера, на палубе которых отдыхали пассажиры, наслаждаясь теплым летним днем.
На короткий миг Ной представил, как однажды тоже окажется среди обычных людей, которые могут позволить себе безработный отдых. Менее чем через год он завершит свой долгий, изматывающий путь, потребовавший стольких жертв и полного погружения в работу. Несмотря на любовь к профессии. Ной понимал, что, образно говоря, последние пять лет почти безвылазно провел в стенах больницы, словно узник, заточенный за тюремными стенами. Осознать этот горький факт помог ему уход Лесли — событие более чем печальное, но вполне объяснимое. Вне больницы у Ноя не было жизни; покидая клинику, он словно превращался в мрачного отшельника. Но вот вопрос: после того как все это закончится, удастся ли ему вернуться к нормальному существованию — гулять, отдыхать, кататься на лодке, как те люди, мирно греясь на солнце, — или суждено навсегда остаться закоренелым трудоголиком? Ной понятия не имел. Наверное, для такого возвращения потребуется немало сил и, возможно, капля удачи. Была надежда, что каким-то образом ему посчастливится встретить женщину, которая не станет ревновать к его единственной всепоглощающей любви — медицине.
Ной вздохнул и, повернувшись спиной к окну, обратился к реальности своего мира. Сегодня у него не было плановых операций, и поэтому появилось немного свободного времени — впервые с того момента, как в четверть шестого утра он переступил порог клиники, — и возможность подвести некоторые итоги. В целом все шло на удивление гладко. Первая половина дня была, как всегда, насыщенной, но, к счастью, обошлось без неприятных сюрпризов. Кэрол, старшая сестра интенсивной терапии, даже похвалила новенькую — Линн Пирс. А старший ординатор не имел претензий к младшим, дежурившим с ним в ночную смену. Утренний обход с участием самого Ротхаузера тоже прошел почти идеально, доклады первокурсников были точными и на редкость связными. Ной даже подумал, что в этом году приемная комиссия ординатуры проделала отличную работу. Да и лекция по фундаментальной науке, состоявшаяся сегодня в половине восьмого утра, оказалась успешной, если верить отзывам коллег, которые подходили к Ною после ее окончания. И наконец, обход заведующего отделением прошел куда лучше, чем можно было ожидать. Доктор Эрнандес поблагодарил Ноя и похлопал по плечу — редкая, но желанная похвала.
Ной почувствовал такое воодушевление, что решил позволить себе вторую чашку кофе. Он не мог вообразить более удачного утра, а тем более — всей первой недели, которую он отработал в новой должности главного ординатора, и неважно, что за эти шесть дней он ни разу не был у себя в квартире. Единственная шероховатость, возникшая в самом начале, — путаница в сложном графике дежурств. Но они с Кэнди Вонг быстро исправили расписание, к удовольствию всех заинтересованных сторон. Ною даже удалось поговорить с каждым из двадцати четырех новичков, запомнить их имена, понять интересы и подобрать подходящих наставников. Так что и эта задача, лежавшая на нем тяжким грузом, была решена.
