Шато полностью

– Закрывайте свои двери на замок, когда идете спать. Таков мой совет. Хотя теперь, когда письмо пропало, мы предполагаем, что Сильви уже ничего не грозит. Как и остальным. Каким бы ни был мотив убийства, мы считаем, что цель достигнута – Серафина мертва. И нападение на Сильви, по-видимому, неопровержимо связано с этим. Письмо украдено, преступник уверен, что ему ничего не угрожает. Так что теперь вы можете спокойно отдыхать.

– О да, когда вы уйдете, мы наденем купальники и пойдем поваляться у бассейна с фруктовыми коктейлями. – Большие глаза Арабель превратились в сердитые щелочки. – Наверное это, по-вашему, означает «спокойно отдыхать»? Просто запереть наши хлипкие двери! Какой замечательный совет!

– Тебе-то что? – замечает Дарси. – Ты можешь пойти переночевать к моему мужу. Остальным некуда деваться.

– Да, бедная маленькая богатая девочка, – говорит Арабель голосом, полным такой ненависти, что у меня замирает сердце. – Тебе некуда идти, но ты везде.

Кажется, все замерло, даже ветерок из открытых окон. Я снова бросаю взгляд на Сильви, но она не в себе, упускает все, намеренно или не намеренно, находясь в своем собственном мире.

Затем гнев исчезает с лица Арабель так быстро, что я чувствую себя немного растерянной.

– Дарси, мне так жаль. Я не это имела в виду. Я просто… мою бабушку…

– Как насчет моей бабушки? Как насчет моего мужа?

Все молчат.

Наконец Джейд говорит:

– Мы закончили?

– Да, на данный момент это все. – Офицер Дарманен встает.

– Я помогу Mamie подняться наверх. – Арабель тоже встает. – А потом после обеда уеду. Мне нужно подышать свежим воздухом. Mamie. – Она гладит бабушку по щеке.

– Я могу сама подняться наверх, Арабель. – Сильви приходит в себя, протирая глаза. – Я вполне способна это сделать.

– Но… – Арабель стоит, вытянув руку, и я вижу, что она колеблется. – Но Mamie…

– Да, да, – Сильви мягко отталкивает Арабель, упирается руками в диванные подушки, чтобы подняться. – Я в порядке. В абсолютном порядке. Я справлюсь, большое тебе спасибо. Теперь я понимаю, что чувствовала Серафина, когда я нянчилась с ней.

– Не забудь запереть дверь! – напоминает Арабель.

– Oui. – Сильви исчезает в фойе, даже не оглянувшись.

– Я просто хочу прояснить для всех присутствующих, – произносит Дарси отстраненным голосом, как только Сильви уходит. – Когда Арабель говорит, что выходит подышать свежим воздухом, она имеет в виду, что собирается повидаться с моим мужем.

Лицо Арабель немного омрачается.

– Дарси, – начинает она грустным, извиняющимся, немного беспомощным тоном. Но сразу замолкает. Что тут вообще можно сказать?

Верно. Арабель собирается повидаться с Оливером. И это катастрофа.

Я везу Олли в Горд, самый симпатичный городок в Провансе. По дороге мы почти не разговариваем, но держимся за руки, и этого мне пока достаточно. Я все еще перевариваю все, что произошло с Mamie. Я пока не рассказала Олли. Я не готова. Ситуация поменялась, и мне страшно. И прямо сейчас я просто хочу немного побыть с ним в тишине, прежде чем нам придется обо всем поговорить. О многом.

Я резко поворачиваю. Олли отпускает мою ладонь, будто мне это необходимо, чтобы крепче держать руль и не подвергать наши жизни опасности, но я снова сжимаю его пальцы, продолжая вести машину одной рукой. Мне это несложно, я хорошо управляюсь с автомобилем. Олли вцепился в боковую ручку.

Звонит мой телефон, и я отпускаю его руку. Я могу вести машину одной левой, но совсем без рук – никак. Мое сердце начинает колотиться, и это не из-за подъема вверх или скорости вождения. Что, если с Mamie случилось что-то еще? Шок от нападения наконец прошел. Может быть, мне не следовало оставлять ее? Это было эгоистично – бросать ее там одну. Я собираюсь развернуться, но взглянув на телефон, обнаруживаю, что звонит Жанкарло. Несколько мгновений я смотрю на экран, одновременно давлю на газ, чтобы обогнать гигантский грузовик.

– Господи. – Кажется, Олли вспотел.

Я переключаю гаджет на беззвучный режим. Я, конечно, вчера поговорила с Жанкарло, но он не в курсе последних событий и, разумеется, не знает об Олли.

Если Олли и видел, кто мне звонил, он не подал виду.

– Куда мы едем? – интересуется он. – Мы могли бы просто остаться в Сен-Реми. – Он делает паузу.

Да. Сен-Реми полон воспоминаний о его семье, о жене. Я хочу отвезти его в новое место, непохожее на остальные. Куда-нибудь, где по крайней мере на час, мы сможем быть другими людьми, не мужем и лучшей подругой Дарси. И не будем вовлечены в эту паутину ужасных преступлений и насилия.

– Я все еще не могу поверить, что она знает, – признается Олли.

Он о Дарси.

– Понимаю.

– И я все еще недоумеваю, зачем тебе нужно было рассказывать ей.

– Это было наше алиби…

– Но оно нам и не требовалось! У нас нет мотива! И…

– Раф слышал твою машину. Джейд – шаги. Это выплыло бы наружу. И нас бы выставили виноватыми, учитывая, что мы скрыли факт твоего присутствия.

Стало тихо, затем он произносит:

– Ты же знаешь, что она кое-что нашла у меня в кармане. – Это утверждение, а не вопрос.