Он зажёг старую настольную лампу на гибкой шее (генератор всё ещё подстраховывал сеть) и жёлтым светом подсветил странички, частично слипшиеся и покрытые жёлтыми разводами влаги. Смыв горячим чаем очередной ком тошноты, начал разбирать строчки. Слова плясали перед глазами, но всё же суть можно было понять. Это был не простой отчёт о каком-то объекте, а сведения о секретной экспериментальной программе советских времён. На титульном листе блёкло проступала надпись: «Программа: Акустический резонансный модуль АРМ-7». Рядом — штамп «Совершенно Секретно» и неразборчивые цифры. Кто-то явно уже рылся в документах раньше, делая пометки.
В наступающей темноте за окном начал накрапывать дождь со снегом, лампочка на потолке замерцала от скачков напряжения. Иван перевернул следующую страницу: здесь были сплошные технические и научные выкладки. Трясущимися руками Иван перевёл взгляд на следующий разворот, где находился сравнительно «понятный» для неспециалиста текст:
«Цель: изучение влияния направленного микроволнового излучения на фауну. Предполагается стимулировать или подавлять рост клеток, изучая возможности…
В случае успеха: расширение методов психофизического воздействия… (прим.: подраздел КГБ)
…подходит особая форма генератора на лампах, способная генерировать ЭМ-поле сильной плотности.
…Объект создаёт торсионную составляющую, опасную для длительного пребывания рядом…»
Чем дальше Иван читал, тем сильнее сжималось горло. Похоже, этот чудовищный купол содержит тот самый экспериментальный модуль, брошенный много лет назад в болотах. И тот, чёрт возьми, до сих пор работает! Возможно, на каком-то резервном питании, продолжая искажать растительность и живых существ вокруг себя, попутно влияя на психику (рои насекомых и «галлюцинации» наверняка связаны).
В последней трети папки Иван наткнулся на истёртые пометки аккуратного подчерка:
«…Научный состав жалуется на слуховые галлюцинации, потерю сна. Отмечен агрессивный рост насекомых, появление мутаций у кольчатых червей из класса поясковых… Местные охотники отмечают изменения в поведении млекопитающих… 1988 год. Принято решение законсервировать объект. Работы приостановить. Запись: отрубить питание. Бункер переведён в режим ожидания… Персонал демонстрирует признаки психологических отклонений… погибли при загадочных обстоятельствах… Если прибор снова запустить, последствия непредсказуемы…»
Сердце у Стрелкова колотилось, пока он дочитывал заметки. Оказывается, этот проект был давно закрыт. Но кто же тогда подал энергию на прибор? А если… связь с заправкой идёт через кабели, которую кто-то ненароком восстановил при модернизации АЗС? Или сам генератор подал живительную искру на злосчастный «АРМ-7». И после этого долгие годы болото менялось, подчиняясь сигналам аппарата.
Переведя дыхание, он машинально вытер пот со лба. Температура тела росла. Темнота за стеклом казалась ещё страшнее — теперь-то он понимал, что «зло» вполне реально, а не мистическая сущность мешанины из слухов. Машина, искажая пространство, породила весь этот ужас, усиливая агрессию флоры и фауны, сшивая их в единый «разум»?
Тут же холодок сомнений прополз по спине: а если «зло» объединено единым полем, оно же может «почувствовать» то, что он теперь знает правду?