Двое людей, похожие на умалишенных, наконец вылетели аж на середину кольцевой дороги – и только теперь Вэй Цзюн с трудом остановил кресло. Но Лао Цзи, похоже, еще был погружен в это движение; его верхняя часть тела по-прежнему оставалась вытянутой, и он упорно продолжал смотреть вперед. Густой пар валил изо рта Вэй Цзюна, пот градом стекал со лба. Он взглянул на свет автомобильных фар вдалеке, немного поколебался и оттащил инвалидную коляску к обочине.
После того как они остановились в безопасном месте, юноша схватился за колени, согнулся и перевел дыхание, ощущая, как руки и ноги сводит ноющей болью. Когда он передохнул и с усилием выпрямился, заметил, что Лао Цзи уже утратил свой воодушевленный вид и утомленно развалился в коляске.
– Лао Цзи?
– Да?
– Вы в порядке?
– В порядке. – Он медленно повернул голову, будто и правда остался без сил. – Давай заканчивать, и так хорошо прогулялись…
После некоторых раздумий Вэй Цзюн решил, что лучше не тревожить его.
Под светом фонарей истекающий по́том молодой парень и упавший духом старик были и правда самой странной картиной начала этого года.
Что же касается Лао Цзи, для него это был давно забытый и незнакомый мир людей.
Вдалеке скрылась двадцать третья по счету машина. Лао Цзи медленно произнес:
– Давай возвращаться.
Всю обратную дорогу они молчали. Бешеная ночная гонка полностью выбила их из сил – Лао Цзи тоже утратил интерес ко всему вокруг него. Свесив голову, он, как подумал поначалу Вэй Цзюн, задремал, но изредка доносившиеся до него вздохи дали понять, что старик не спит – только вот настроение у него точно испортилось.
После душевного подъема неизбежно пришел душевный упадок. Цена за эйфорию – бесконечная пустота внутри. К тому же Лао Цзи предстояло вернуться в то маленькое здание с двориком, которое для него было подобно тюрьме.
Вэй Цзюн же беспокоился, как вернуть ключи дежурному. Дом престарелых становился все ближе и ближе, и парень молился, чтобы охранник все еще глубоко спал.
Пройдя мимо маленького супермаркета, они увидели горящий свет в окнах здания. Странно было то, что в прежде тихом дворе стоял гомон. Свет в окнах то включался, то выключался, а резкие звуки смешивались в один неразборчивый шум. Вэй Цзюну все это показалось очень подозрительным, и он невольно ускорил шаг.
Они добрались до входа во двор – и юноша остолбенел.
Почти все окна на третьем этаже были открыты нараспашку, и старики с любопытством высунулись в них, глядя на букет бенгальских огней во дворе. Со всех сторон раздавались громкий смех и восторженные возгласы.
Девушка, одетая в белый пуховик, с хихиканьем убегала от охранника. Фейерверк в ее руках взметнулся ослепительным потоком искр.
– Ты кто такая? Как ты вошла сюда?! – Дежурный задыхался от злости.
Вэй Цзюн, держа коляску за ручку, ошарашенно переглянулся с Лао Цзи. Они наблюдали, как девушка без остановки убегала от дежурного во дворе.
Она как раз свернула к выходу. Ее черные волосы рассыпались по плечам.
– Вэй Цзюн, Лао Цзи! – На лицо Юэ Сяохуэй падал красный свет от фейерверка. – С Новым годом!
Горячий чай постепенно согрел желудок. Ду Чэн увидел Чжан Чжэньляна с большим бумажным пакетом в руках и помахал ему.
– С Новым годом, наставник. – Чжэньлян, отодвинув стул, присел. – Почему вы выбрали это место?
– Хоть что-то открыто четвертого числа. – Ду Чэн налил ему чашку чая.
– И то верно. – Чжан Чжэньлян улыбнулся и пододвинул бумажный пакет.
Ду Чэн заглянул туда – пакет был заполнен папками с материалами. Все они касались дела 1990 года – убийств с изнасилованием и расчленением. Чуть более детальные, чем те, что хранились у него: кроме материалов полиции, здесь были и исковые материалы прокуратуры, и записи с судебного заседания, а также текст судебного решения судов первой и второй инстанции.
– Ты всё просмотрел?
– Да. – Чжан Чжэньлян раскрыл фисташки и закинул в рот. – Очень бегло. Когда будет время, можете изучить все это.
Ду Чэн зажег сигарету и посмотрел на бывшего ученика:
– Что думаешь об этом?
– Сказать правду?
– Разумеется.
– Ну, если честно… – Чжан Чжэньлян поджал губы. – Сегодня посчитали бы, что некоторые детали вы просто взяли с потолка.
Сюй Минлян попал под подозрение не просто так.
Во-первых, место, где он проживал, входило в зону нахождения частей тела и определяло путь, который проделал преступник.
Во-вторых, предположения следственной группы о его профессии и наличии у него белого пикапа полностью совпадали. Что же касается его специфических навыков и способностей мастерски заметать следы, множество литературы по угрозыску, найденной в его квартире, было тому объяснением.
