Как только он спустился в сад, из тени вышел мужчина, облаченный в кожаный дублет, затянутый до самого подбородка. На поясе в ножнах висел небольшой топорик, за спиной – два коротких меча. Его темные каштановые волосы едва заметно вились, а лицо украшала аккуратная тонкая бородка. Во взгляде его карих глаз даже в полумраке можно было разглядеть насмешку. К чему этому мужчине столько оружия во дворце Ивэн знать не хотел.
– Ваше Высочество, – желал он этого или нет, но склонил голову перед юношей.
Ивэн в растерянности взглянул на Моргана, еще не представляя, как ему следует себя вести.
– Позвольте назвать свое имя, – продолжил мужчина. – Я – Стейн Локхарт, милостью вашего покойного отца, староста города Дагмер.
– Считай, что все равно твой дядя. Не по крови, но по чести, – лениво улыбнулся Бранд. – Отбрось этот напыщенный тон, сир Стейн. Сейчас он только пугает твоего будущего короля.
Староста выпрямился и испытующе посмотрел на юношу.
– Я, должно быть, помешал вашей беседе, – неуверенно проговорил тот.
– О, нет, что ты! Мы только лишь любовались розами и звездами. Никаких бесед, – ирония в голосе Моргана говорила, что разговоров о короне этой ночью больше не прозвучит. Он рискнул сгладить неловкость, но лишь почувствовал себя глупо – Стейн и Ивэн же остались невозмутимы.
– Хорошо, что ты вернулся в замок, – обратился Локхарт к юноше. – И жаль, что этого не случилось раньше. Пожалуй, и правда следует отложить все беседы до утра. Я оставлю вас.
Он снова поклонился и скрылся стремительно, бросив напоследок на старшего из Брандов испепеляющий взгляд. Ивэн под звук удаляющихся шагов, наконец, склонился над фонтанчиком и промочил пересохшие губы. Вода была ледяной, совсем как в горном источнике.
– Теперь признавайся, как много ты слышал, – попросил Морган довольно безразлично.
– Отчего ты не хочешь стать королем? – без смущения выпалил Ивэн. Дядя смог заметить его за колонной, и он не счел удивительным. Его особый слух он приметил еще в лесу.
– Сколько же раз я был проклят, уступив власть Аарону, – в ответ он услышал тяжелый вздох. – Но я не приму ее снова. Я недостоин короны, как и твой брат.
– Но в праве нарекать достойных и отверженных? – юноше не хотелось дерзить, но ему не нравилось, что Морган отвечает излишне многозначительно. Состязаться в витиеватости речи Ивэн не привык.
Лорд пропустил колкость племенника мимо ушей и только бросил короткий взгляд на его босые ноги. Отчего тот ощутил себя последним простолюдином так явственно, что провалился бы от стыда под землю, если бы только мог.
Переулки Дагмера
Сапоги, украшенные десятками ремней с серебряными пряжками, оказались излишне велики. Ивэну пришлось делать каждый шаг с большой осторожностью – идти по мощенным булыжником улицам Дагмера в них было непросто, но он не смел сказать об этом Моргану, опасаясь возвращения в замок. Дядя шел чуть впереди, и Ивэн следил за краем его плаща из-под спадающего на глаза капюшона.
Небо разразилось дождем, льющим беспросветной стеной, но Ивэну он не показался неудобством в сравнении с излишне мягкой кроватью, все еще ожидающей его в замке. Они молчали, ведь падающая с неба вода заглушала все, кроме крика. Юноша старался рассмотреть город поближе, но неприятный дождь заливал капюшон и забирался за воротник, едва стоило поднять глаза от мостовой. Когда пришлось подниматься на гору, стало только хуже – в темноте было сложно разобрать дорогу. Пару раз Ивэн, поскользнувшись на камнях, рисковал свалиться кубарем вниз, но Морган вовремя подхватывал его.
– Все еще хочешь посмотреть на отца, а? – прокричал он, предотвратив очередное падение племянника.
– Сильнее, чем когда-либо! – отозвался Ивэн, цепляясь за ветку дерева, выросшего у тропы.
– Лучше бы, однако, я показал тебе картину в замке!
Ивэн, продрогший от дождя, уставший от подъема на гору и темноты, так не считал. Его неприязнь к одиночеству была непомерно велика, и все же, он обрадовался, когда Морган наконец подвел его к небольшой двери в крепостной стене. Тогда он не знал, что впереди их ждет добрая сотня ступеней, ведущих в недра горы. Ход был освещен факелами, но гнетущая тишина и посторонние шорохи делали путь не самым приятным.
– Весь Дагмер пронизан множеством ходов, – рассказывал Морган, стремительно сбегая вниз. – Этот – один из них. В случае опасности маги покинут город. Этот путь ведет на ту сторону горного хребта.
В огромной зале с множеством горящих свечей они оказались так неожиданно, что Ивэн, стремящийся угнаться за дядей в полумраке, чуть было не налетел на него. Комната была полна светом до боли в глазах, и пахла так знакомо, что бывший монах мысленно вернулся в привычную ему часовню, где ему приходилось читать молитвы. Воздух был наполнен запахом расплавленного воска и ароматом цветущих лилий. Сотни белых свечей стояли вдоль стен утопая в выбоинах скалы, залитых водой, но ярче всего в зале сияли не свечи, а странный диск на огромных дверях, расположенных в самом ее конце.
– Это магическая печать, – пояснил Морган, увидев, что глаза племянника загорелись любопытством.
