Однажды он задержал в руке тёплый камень. И вдруг сквозь чёрные бугорки проглянули очертания маленькой человеческой фигурки. «Ослаб я, видимо, – подумал геолог, – мне начинают мерещиться невозможные вещи». Но когда посмотрел ещё раз, убедился, что это ему не кажется. На самом деле – от тепла его сердца камень, в который Последний шаман заточил человека, стал прозрачным.
Ох, как обрадовался геолог! Теперь он знал, как отличить камни с людьми от обычных.
Закружили метели над тайгой. Гнулись под напором ветра деревья, скрипели, стонали, как живые. Все звери, все птицы попрятались. А геолог, коченея сам, в землянке, обросшей инеем, отогревал камни. Но греть промёрзшие камни было тяжелее, чем мыть их в ледяном ручье. От холода сердце у геолога стало болеть. Ничто не болит так горько, как сердце…
За метелями пришли крепкие морозы. Они так заморозили деревья, что стволы лопались с треском, похожим на выстрел. Однажды геолог даже решил, что где-то рядом охотники палят из ружей. Но это было не так. Тайга стояла кругом дикая. И жили в ней только геолог, только люди, замурованные в камни, да ещё Последний шаман.
Геолог нашёл ещё камни с людьми. Среди них был камень со знакомым охотником. «Потерпи, – сказал геолог и погрозил ему пальцем, – сам виноват. В другой раз не польстишься на лёгкую наживу, неделю побегаешь по тайге, чтобы честно поймать соболя».
Жить геологу стало веселее. Ни морозов, ни волков, которые серым кольцом окружали землянку, он теперь не боялся. Да и зима подходила к концу…
Когда вышло на синее небо тёплое солнышко и полетели к океану из южных стран белые лебеди, по сырой, не просохшей от талых вод тайге пришёл к геологу Последний шаман. Был он заспанный, угрюмый. Рыси, сидевшие на сучьях его бороды, казались злее, чем осенью. На их боках клочьями висела шерсть.
– Ты жив, человек? – насмешливо спросил шаман. – И всё надеешься освободить из камня тех, кого я загнал туда? Напрасно стараешься. Да они и не стоят того, чтобы такой, как ты, погибал в тайге. Уходи отсюда, не мешай мне жить.
– Потерпи немного. Мне надо собраться, – ответил геолог. – Я уйду и унесу с собой вот эти камни. А гору пустых оставлю тебе.
– Ты нашёл их?! – закричал шаман и швырнул на землю шапку из старого чума.
С храбрым и честным человеком ничего не мог поделать и Последний шаман, он не имел над ним силы.
Геолог уже отошёл от землянки на добрый десяток километров, а всё ещё слышал, как стонет и воет шаман. Но геолог не думал о нём, он спешил добраться до прямой дороги, с которой тот заманил людей на свою тропу.
Он дошёл до этого места. Тогда вынул чёрные, корявые камни из-за пазухи и положил их на дорогу. С лёгким треском лопнула каменная скорлупа. Из неё вышли человечки. «До чего же малы они», – огорчился геолог. Но как только человечки сделали первые шаги, как только вдохнули таёжный воздух – начали расти и скоро превратились в обычных людей. Они осторожно пожали руку геологу. Даже не пожали, чуть дотронулись до неё – рука была вся в трещинах, распухшая, почерневшая. Ничего не сказали люди геологу. Только поклонились ему и пошли прямой дорогой, каждый к своему делу, до которого не дошёл. И геолог не стал их спрашивать ни о чём. Он верил, что они хорошо проживут жизнь.
Геолог вернулся в свой город. Он пришёл в многоэтажный дом из оранжевых кирпичей и, не дожидаясь, пока опустится лифт, побежал вверх по лестнице. Ему так хотелось крикнуть сестре, что он жив, что они снова вместе! Дверь была заперта. Геолог постучал к соседям. Соседи очень обрадовались, рассказали ему, как ухаживали за его сестрёнкой всю осень и зиму, как проводили её в пионерский лагерь. Он тут же поехал к Маше.
Он сошёл с электропоезда на тихой станции. С платформы увидел голубые домики на далёком пригорке. Увидел белые палатки и красный флаг на высокой мачте. Под этим флагом и жила его сестра. Геолог быстро зашагал в лагерь…
Вечером в лагере был костёр. Маша сидела рядом с братом и не отводила от него глаз. Да и все ребята смотрели только на геолога. А он рассказывал им эту историю.
Щенок Тузик жил в конуре из сосновых досок. Крыша конуры была крепкая – ни одному дождю не промочить; на полу лежал старый ватник – теплее и мягче не бывает подстилки. Тузик был очень доволен своим домом.
Однажды забрёл тузик в курятник. Раньше он там не бывал. Чтобы куры грядки не портили, курятник отделялся от огорода проволочной сеткой. А тут проржавела сетка. Тузик нашёл в ней дыру и пролез.
Увидел щенок кур – замер от удивления. Ходят куры важно, всё время что-то говорят друг другу или сами с собой разговаривают. Умные куры! Вдруг кто-то прокричал: «Ко-ко-ко!» Все куры на крик бросились. Тузику даже страшно стало, но он тоже вслед за курами направился. Видит: стоит петух и что-то курам показывает. Оказалось, петух нашёл зерно. Подумал Тузик, что мало смысла к одному зерну всех кур созывать. Но петух был так красив, такие великолепные перья были в его хвосте, что Тузик встал перед петухом на задние лапки.