Он выглядел так, будто летел сюда в спешке, одетый кое-как, с растрепанными волосами, которые падали на лицо.
А его крылья… Они были невероятными.
Я не думала, что они такие: светлые, серебристо-белые, призрачные во мраке ночи. Даже в этот страшный миг я пыталась рассматривать их, точно некое чудо инженерной мысли.
Вейл холодно взглянул на моего похитителя.
Я уставилась на Филипа, который истекал кровью на земле. Его рука дернулась, потянулась вверх – к приятелю.
Меня начало мутить.
Вейл рванул к нам.
Боль пронзила мое плечо – я ударилась оземь так сильно, что услышала, как в теле что-то хрустнуло.
Я не могла пошевелиться. Я пыталась подняться, но тщетно.
Рядом со мной кулем рухнуло что-то массивное. На меня смотрело окровавленное, безжизненное лицо моего обидчика. Я различала только нечеткие пятна: белое – крылья Вейла, красное – кровь, тени тех, кто оседал на землю.
«Хватит, – хотела сказать я. – Остановись».
Но я не могла ни говорить, ни двигаться.
Крики боли стихли где-то вдалеке.
Я упорно пыталась не терять сознания, боролась за жизнь так же яростно, как всегда боролась за правду, но все равно чувствовала, что уплываю.
Напоследок я ощутила лишь, как сильные руки обвивают мое тело, а после этого – странную невесомость: меня подняли с земли… О боги, все это явно было галлюцинацией, ведь я могла бы поклясться, что в какой-то момент посмотрела вниз – и увидела под собой верхушки деревьев. С высоты они казались не больше стеблей брокколи.
«Какой странный сон», – подумала я, а потом все исчезло.
Все кругом было мягким. Мягким, гладким и… совершенно чудесным. Поворочавшись, я ощутила шелк, что скользил по коже.
Шелк.
На шелке я еще не спала.
Я открыла глаза. В голове стучало. Кожа была горячей и липкой. Я едва смогла отдышаться. Уже давно я не чувствовала себя такой слабой, такой больной.
Когда я подняла голову, та показалась мне свинцовой. Но я все равно заставила себя встать.
Кровать, в которой я лежала, была втрое больше стоявшей у меня дома. Простыни – черный шелк, покрывало – пурпурный бархат. В комнате было темно, ее едва освещала пара фонарей – судя по слою пыли, их не зажигали уже очень давно. И похоже, в этой комнате ничто не использовалось долго – мебель была дорогой, но разномастной, устаревшей, явно принадлежавшей к разным десятилетиям, причем всем предметам было не меньше полувека.
Я протерла глаза. Ночные события казались сном.
Но я точно не грезила. Все произошло на самом деле, и теперь я была здесь.
В доме Вейла.
Без сознания, в доме вампира.
Я коснулась шеи, просто чтобы убедиться…
– Клянусь, я не пил твоей крови.
Голос Вейла был тихим и мягким от удовольствия.
Я повернула голову слишком быстро. Комната закружилась перед глазами, к горлу поступила тошнота.
Он медленно шел ко мне от двери, сцепив руки за спиной. Выглядел он куда опрятнее, чем прошлой ночью: монстр обернулся лордом, с которым я уже была знакома. Потрясающие крылья испарились.
– Перевязывал тебя я, – сказал он. – А вот к ранению я непричастен.
Я коснулась своего плеча и поморщилась. Тканевая повязка закрывала то, что наверняка было ужасным порезом, и я не чувствовала боли только из-за дурноты.
– Он ударил тебя ножом, – ровным голосом сказал Вейл. – Ударил случайно, при падении. Эти крысы даже не умели обращаться с оружием.
Он говорил с отвращением.
Я вспомнила, как он разорвал тех людей на части. Вспомнила мертвое лицо нападавшего, нос к носу со мной. Мне вновь стало дурно.
– Ты убил их.
– Спасая тебя.
Действительно. И я была благодарна ему. Но при этом вспомнила, как Филип тянулся к своему другу…
Вейл явно прочитал мои мысли, потому что рявкнул:
– Ну что?! Считаешь, я должен был оставить их в живых?
Я поджала губы.
…Нет. Нет, я не хотела милосердия для них. Просто жалела, что была слишком слаба и не смогла прикончить их сама.
Я откинула одеяло, но Вейл с немыслимой быстротой пересек комнату и рывком вернул его на место.
– Ты не в том состоянии, чтобы вставать.
– Мне надо работать.
– Ты три дня лежала при смерти, – выпалил он. – Ты останешься здесь!
– Три дня?
Мои глаза расширились. Как я могла отсутствовать так долго? Мне нельзя было покидать дом…
– Зачем ты раздевалась перед этими людьми? – спросил он.
Что?
Я отмахнулась от нелепого вопроса.
– Мне нужно идти. Мне нужно…
– Ты никуда не пойдешь. Почему ты позволила им все это?
Все в мире казалось теперь слишком громким и слишком резким, но самым резким было выражение лица Вейла – будто он все последние три дня жаждал спросить меня об этом. На мгновение мне показалось, что я снова вижу чудовище из леса.
– А как бы я остановила их? – спросила я. – Это всего лишь платье. И всего лишь тело. Ты бы предпочел, чтобы я отказала им и сразу погибла?
Я никогда не питала привязанности к своему телу, видя в нем странный сосуд, который лишь иногда делал то, чего я хотела. Оно всю жизнь строило мне козни.
Вейл выглядел потрясенным.
– Ты могла бы…
– Что? Что я могла бы?
Я спрашивала всерьез, и он опешил, явно не находя ответа.
Моргнув, я на мгновение увидела перед собой те мертвые тела.
– Разве простое ограбление карается смертью?
