Доктор Карлинский объявился на Басманной только на следующий день. Он ввалился ближе к полудню и сразу же отправился в ванную. На все расспросы Виктора только отмахивался, а на предложение Веры Донатовны покушать так и вовсе нагрубил. Как выяснилось позже, Борис провел бессонную ночь в обществе заместительницы главного врача больницы Восьмого марта. Подобраться к бумагам Гальпериной было непросто, пришлось провести большую подготовительную работу.
Как и планировал, прямо с утра он прибыл на улицу Восьмого Марта и, заехав на территорию лечебного учреждения, обратил внимание, что перед главным корпусом скопилось изрядное количество машин с символикой Следственного комитета. Борис остановился рядом с казенным автобусом и, вытащив венок, отправился на поиски заместителя главврача. Алену Дмитриевну застал в актовом зале. Как и весь персонал, Васильева слушала выступление представителя следственных органов.
– Закрытие большого числа психиатрических лечебниц привело к отсутствию контроля за психически нездоровыми людьми, породило множественные проблемы и дало нежелательные результаты, особенно среди пациентов с наиболее тяжелыми и хроническими заболеваниями, что выразилось в том числе в росте криминогенной напряженности, – стоя на сцене за кафедрой, без выражения заученно частил важный полицейский чин. – Реформа здравоохранения принесла свои печальные плоды. В настоящий момент надзор медиков за психически нездоровыми людьми не обеспечивает безопасность от них окружающих, в том числе из-за упразднения в начале девяностых годов психиатрического учета. По мнению специалистов нашего ведомства, именно такому нападению подверглась руководитель данного медицинского учреждения Анастасия Львовна Гальперина. В связи с данной проблемой Следственный комитет проводит специальные мероприятия.
– Какие же мероприятия вы проводите? – прокричали из центра зала.
– Предусмотренные законодательством, – отчеканил докладчик.
– Не смешите! – загрохотали с галерки. – В Ненецком автономном округе запойный алкоголик ребенка убил, и ему ничего за это не было.
– Вы имеете в виду инцидент, произошедший тридцать первого октября прошлого года? – прищурился сотрудник Следственного комитета, пытаясь разглядеть собеседника. – Когда тридцатишестилетний психически больной мужчина причинил в Нарьян-Маре смертельное ножевое ранение шестилетнему мальчику? В детском саду, во время тихого часа? Почему же не было? По этому инциденту возбудили уголовные дела по статьям «Убийство», «Халатность» и «Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей».
– Убийцу-то посадили? – прозвучал ироничный вопрос.
– Следственный комитет ходатайствует об аресте подозреваемого, – не моргнув глазом отчеканил докладчик.
По залу прошелестела волна возмущения.
– О как, даже не задержали!
– Как будто подозреваемый сидит и ждет, когда вы за ним придете.
– В общем, я вам все рассказал, – подытожил важный чин. – По делу Гальпериной будем работать.
Выступающий покинул сцену. Вместе с ним поднялись и вышли из зала люди в мундирах Следственного комитета, сидевшие в первом ряду. Оставшись одни, сотрудники больницы возмущенно зашумели. На сцену поднялась Алена Дмитриевна и крикнула:
– Прошу минуту внимания! Если кто-то еще не знает – меня назначили временно исполняющей обязанности Гальпериной, прошу всех расходиться по рабочим местам!
