И то сказать, он спокойно мог обходиться без еды и питья, ограничивать себя в одежде, хотя — чего скрывать! — при возможности любил пофорсить, однако без подобных видений, случавшихся с ним во снах, и событиях, происходящих наяву, что тоже было не редкостью, он бы не смог жить. Соловьев ощущал себя неким пограничным столбом, окрашенным в черно-белую полоску, стоящим на границе черного и белого миров, хозяевами которых были зло и добро. Чем дольше он жил, тем яснее ощущал, сколь узка эта граница. Да и сам он помимо желания оказывался то по одну ее сторону, то по другую. Сегодняшний радостный, светлый, торжественный сон — из мира светлого, но всего несколько дней тому назад был другой сон, где он встретился с чертом, который в этот раз назвался злым духом Питером. Впрочем, черт уже однажды являлся ему в Москве в самое, надо сказать, неподходящее время. Причем, не ночью во сне, а наяву, став реальностью, вызванной воображением. Он тогда сидел в тиши комнаты и глядел туда, где над кроватью висела старинная литография, купленная им по случаю у одноглазого московского букиниста Якова, с изображением женщины в развевающемся плаще, стоящей на тонком полумесяце босыми ногами, с венцом из двенадцати звезд над головой, прижимающей к себе младенца. И ниже — подпись, чуть стершаяся со временем, но проступающая достаточно явно, чтобы прочитать: «Непорочная Изида, мать Бога Солнца, слова которой высечены на храме в Саисе: «Плод, мною приносимый — Солнце». В голову ему тогда пришли строки из «Откровения Иоанна Богослова»: «И Явилось на Небе Великое Знамение: Жена, Облеченная в Солнце, под ногами ЕЕ Луна, а на главе ЕЕ венец из двенадцати звезд»… Он смотрел и смотрел до боли в глазах… И в тот самый момент, когда вдруг приятно сжалось сердце от предчувствия…— перед его глазами возникло мерзкое, вертлявое, хвостатое существо, которое, корча рожи, сначала пыталось ухватить его за нос, а затем, когда это не удалось, принялось щекотать лицо кончиком хвоста. Пришлось даже прикрикнуть на нечистого, да еще и, замахнувшись, отпугнуть как следует… Только вместе с нечистью пропал и образ…
