Вспомнила свои обещания, плохое осталось в прошлом, боль понемногу растаяла. Всхлипнув, я вытерла мокрые щёки. Постепенно посветлело, и я рот распахнула от удивления, потому что стояла неподалеку от дома родителей. Изображение было нечётким, но не пугающим, до поры… Земля заходила ходуном, я с шипением втянула воздух сквозь зубы и вцепилась в низкий каменный забор, царапая кожу, пытаясь удержаться на ногах. От фундамента по стене дома потянулась трещина, печная труба с жутким грохотом обвалилась на траву неподалеку, крыша покосилась, стёкла вылетели. Уворачиваясь от осколков и каменной крошки, я прижала ладони к сердцу, оно заходилось дробным стуком от паники, словно в плену дурного сна, в котором страх вызван не происходящим вокруг, а предчувствием беды. Выпрямившись, я огляделась, другие дома на улице были едва различимы в густой дымке. Если не обращать внимание на эти признаки нарастающей тревоги, меня представление не особо впечатлило, я помнила главное — мои родители живы, друзья рядом, в шаге от морока, в котором я очутилась. Однако в отличие от кошмарных сущностей на острове, морок окружал жертву звуками, ароматами, не скупясь на правдоподобие в окружающей реальности. На ладонях остались тонкие царапины и пыль, пока я на них пялилась, улица выцвела, как старая светография на солнце.
По глазам резанул неприятный, высокий взвой. Картинка изменилась, действие кошмара переместилось в дом тётки… Морок решил не миндальничать с невольной пленницей и расстарался не на шутку. Затуманил разум, подавил волю и магический дар, я перестала ощущать магию и боль, ей сопутствующую. В забытьи я металась из угла в угол, пытаясь покинуть осточертевший дом, больше похожий на ловушку. Спотыкалась о разбросанные по полу вещи, дёргала остервенело за ручку двери, пыталась открыть окна, но ничего не выходило. Силы начали уходить, заметив это, я запаниковала всерьез. Поняла, что морок пытается нагнать на меня ужас, подсовывая неприятные моменты жизни, возведённые в ранг дурного сна. Но со мной он просчитался, зло подумала я, вернув отчасти ясность мысли. Вернулась в свою комнату, села на кровать, вздохнула, встала, подошла к окну и пальцами, осторожно и неторопливо, начала отодвигать задвижку — это был мой тайный выход из реального кошмара, возможно, он спасёт и из видения морока. Не думая ни о чем, я полностью погрузилась в процесс, визуализируя свои мысли, как на занятии. С тихим щелчком задвижка вышла из паза, створка окна бесшумно распахнулась. Взобравшись на узкий подоконник, я спрыгнула на землю, отряхивая от мелких частиц краски ладони.
— Ох, выбралась! Ну, морок, чем ещё попытаешься запугать? — громко заявила я, изображая смелость, но внутри всё тряслось от пережитого во второй раз самого страшного дня.
Облегчение и триумф мои, к сожалению, длились недолго. Крутанувшись на каблуках, я почувствовала, что моя обретенная уверенность в своих силах рассыпается горсткой пепла. Я стояла на скальном утесе, а вокруг, постепенно сужая круг, носились оскаленные монстры, все приближаясь ко мне. По ассоциации, в памяти всплыли занятия по монстрозоологии, зарисовки на стене. Я выделила парочку занятных подвидов, и на моем лице расцвела натянутая, кривая ухмылка. Самое время, ага! Жаль, учебники и перья с листами для записи с собой не захватила — описание знакомых монстров сверила бы, незнакомых подробно описала. Монстрозоолог был бы счастлив, это вам не кости исследовать, а настоящее полевое исследование с натуры. Но не успела, монстры побледнели, силуэты истончились… морок меня вышвырнул обратно. Как жертва я оказалась неудобоварима: то отвлекаюсь, то ехидные мысли думаю…
— Шанира, ты в порядке? Что с тобой происходило внутри морока? Как у тебя получилось выбраться? — ко мне подбежала Рина, засыпая вопросами.
— В порядке, — ответила я. — Морок пытался меня запугать, но как-то неубедительно. Я не впечатлилась, а он обиделся…
Я указала на морок, он уменьшился в размере, стал похож на тёмную сферу, и трусливо попытался затеряться в ветвях дерева.
— Парни все ещё в мороке, то ли они оказались более впечатлительны… — начала Айнора, она кружила вокруг второго морока, в котором до сих пор находились парни.
Призрак попытался просочиться внутрь туманного сгустка, но безрезультатно, будто врезался в каменную стену.
— Нет, мороки давно были без жертв, очевидно, несколько утратили навык, да и пожадничал вон тот, захапал сразу двоих! — пояснил Рантор. — И страхи смешались в мало понятный клубок, пойди разбери, где чей…
— Как их оттуда вытащить? — я повернулась к призраку.
Он открыл было рот, что бы что-то сказать, но тут же закрыл. Из пятна вверх вылетело заклинание, пятно съёжилось, изнутри раздались отчаянные крики. Рантор с беспокойством заметался возле морока. Пятно заколыхалось, постепенно наращивая амплитуду, затем побелело и взорвалось, разлетевшись клочьями. Парни повалились на землю. Мирн мотал головой и трясся с головы до ног. Динт выглядел спокойнее, помог ему подняться. Призрак обнаружился неподалеку, неприязненно рассматривая ошмётки морока.