— Ладно, я была неправа, — она показательно вздохнула. — Всё равно нам всем был нужен отдых. А пока что вроде бы никто не пострадал.
— Никто, ага, спасибо, — обиженно буркнула Стася, поднимаясь на ноги. — Пойдёмте отсюда. Не хочу больше здесь задерживаться.
========== 6. Наверху ==========
За дверь выходили с опаской, настороженно присматриваясь к каждому углу: кто знает, что могло притаиться снаружи и поджидать незваных гостей. Оля была уверена, что кого-нибудь они точно встретят — но нет, пронесло. Только снизу что-то всё так же клацало и потрескивало, иногда перемежая звуки недовольным шипением.
— Вниз путь закрыт, — резюмировал Игорь, прислушавшись, — да и не нужен он нам. Всё равно дверь не открывается.
Оля задумчиво потеребила конец косы. Надо было рассказать им, что она видела. Рассказать всем. Про петлю, про темноволосую женщину, про то, что открылось ей во сне.
Но слова не шли. Не получалось подобрать нужных выражений, чтобы рассказать ребятам страшную правду: им некуда выходить. Даже если все целыми выберутся из дома, рано или поздно они просто придут к нему опять — или будут блуждать по фальшивой лесополосе, пока не умрут от голода.
У Оли была только одна зацепка, которая теоретически могла бы им помочь, но и та казалась такой малореальной и эфемерной, что на благополучный исход вряд ли стоило рассчитывать.
Однако надежда умирает последней — и, чтобы проверить свою идею, она шла наверх.
Если они находятся внутри петли, то как из неё выбраться? Уничтожив то, что создаёт её. А оно может быть только наверху: не зря именно туда их так упрямо заманивает дом.
Коридор второго этажа оказался длинным, по ощущениям — намного длиннее первого. Точно пространство издевалось над ребятами, водило их кругами, давило на психику. Снова стало темно. Они включили фонарики на смартфонах, и в этом тусклом свете казалось, будто стены колеблются, пульсируют, точно плоть.
От таких ассоциаций не по себе становилось ещё сильнее.
Лестница показалась не сразу — точь-в-точь копия первой: высокая, с резными перилами и красной ковровой дорожкой, словно украденной из какой-то гостиницы.
— Этот дом как будто строили инопланетяне, которые насмотрелись фильмов про отели, — протянул Никитос, — нет, ну вы подумайте. Комнаты эти одинаковые, лестницы с коврами… Запах еды.
— Что? — Игорь среагировал моментально. — Ты снова его чувствуешь?
— Не, не парься, — судя по голосу, Никита слабо улыбнулся, — просто вспоминаю. Он был такой… знаешь… дурманящий. Как в хорошем ресторане. Вообще не знаю, к чему он в этом доме, но… мне этот запах нравился. Словно мама на кухне готовит нам мясо.
— Вот выберемся отсюда — попросим её пожарить стейк, — попытался приободрить брата Игорь. — И всё будет хорошо.
Луч фонарика мимоходом скользнул по лицу Никитки, и стало видно: он снова улыбнулся, печально и слегка зловеще.
— Я так не думаю. Кто сказал, что отсюда вообще есть выход?
Оля прислушивалась к диалогу вполуха: её продолжали мучить мысли, лезшие в голову, как назойливая мошкара. Пространственная петля. Игры с мозгом, как сказал Женька — это-то откуда знает? А, неважно. И опасность. Тем более жуткая, что неясно, откуда её можно ожидать.
Неожиданный грохот за спиной заставил её вздрогнуть.
— Что случилось? — всполошился Игорь. — Все целы?
— Стаська!
Подруга снова лежала на полу, ничком, как и в прошлый раз. Однако сейчас она не визжала и не звала на помощь: просто медленно открывала и закрывала рот, будто силилась что-то сказать, но не могла. Очки свалились с носа, а в глазах застыл дикий, ни с чем не сравнимый ужас.
— Что? Что с тобой? — Оля присела рядом, схватила одноклассницу за руки. — Вставай, пожалуйста!
Стася замотала головой и в отчаянии посмотрела на остальных.
— Я… не… мо… гу… — едва слышно просипела она. Что-то мешало ей говорить, не давало встать, прижимало к полу. Что-то большое и невидимое, поняла Оля. Господи, только не это.
Тени из её сна — или очередные игры разума?
— Я подниму, — предложил Игорь, хватая Стаську поперёк тела. — Блин, тяжёлая какая…
В обычный день за такой комментарий он бы отхватил как минимум пощёчину, но сейчас никто не обратил на это внимания.
Оля ринулась на помощь, подхватила подругу за ноги. К ней присоединились Никитка и Женька — уж вчетвером-то они должны были поднять одну девочку!
— Бесполезно, — выдохнул Никитка через несколько минут бесплодных попыток. — Её просто прижало к полу и не пускает. Что-то… что-то непонятное.
— И что теперь делать? — растерянно пробормотала Оля. — Мы же не можем её вот так бросить.
— Оставаться на месте тоже нельзя, — возразил Игорь, отпуская тело одноклассницы и устало выпрямляясь. — Выбора нет, понимаете?
Лицо Стаськи искривилось в гримасе, она засучила ногами, точно пыталась встать — но лишь чуть-чуть сдвинулась с места.
— Оставь… те, — снова выдавила она. — Иди…
И зашлась мерзким простудным кашлем.
Всё сходилось: первыми под удар попадали слабые и больные. Стаська простудилась под дождём, вот и…
