– Если думаете, что я собираюсь торчать тут целых полдня, то ошибаетесь, – сердито сказал Снифф. – Вы либо злючки, либо идиотки. Старые вы дурацкие крысы! У вас даже не хватает ума войти в дом с парадного хода!
Но тут Вифсла, серьезно опечалившись, сказала:
– Самсла ты крысасла!
– Ах так, вы к тому же еще иностранки! – возмутился Снифф. – Пожалуй, тогда я лучше схожу за мамой Муми-тролля.
Заперев дверь погреба, он побежал на кухню.
– Ну что, хотят они молока? – спросила Муми-мама.
– Они говорят по-иностранному, – сказал Снифф. – Никто не разберет, что они хотят сказать.
– Как они говорят? – спросил Муми-тролль, который вместе с Хемулем толок в ступке кардамон.
– Самсла ты крысасла! – повторил Снифф.
Муми-мама вздохнула.
– Ну и ну, – сказала она. – Как мне теперь разобраться, что они захотят на десерт в день своего рождения или сколько подушек им надо подложить под голову!
– А мы выучим их язык, – сказал Муми-тролль. – Это очень просто: восемьсла, чтосла, вонсла!
– Мне кажется, я их понимаю, – задумчиво произнес Хемуль. – Они, верно, сказали Сниффу, что он старая, облезлая крыса.
Снифф покраснел и гордо вскинул голову.
– Тогда иди и разговаривай с ними сам, раз ты такой умный, – заявил он.
Хемуль затрусил к погребу и дружелюбно закричал:
– Добро пожаловатьсла, добро пожаловатьсла!
Тофсла и Вифсла высунули головки из кучи картофеля и посмотрели на него.
– Молокосла! Хорошосла! – продолжал Хемуль.
Тогда Тофсла и Вифсла зашлепали по лестнице наверх и вошли в гостиную.
Взглянув на них, Снифф понял, что они гораздо меньше, чем он сам. Тогда он почувствовал, что становится гораздо дружелюбнее, и снисходительно сказал:
– Привет! Рад вас видеть!
– Спасибосла за этосла! – ответила Тофсла.
– Вы варитесла кофесла? – поинтересовалась Вифсла.
– Что вы сказали? – спросила Муми-мама.
– Они голодные, – ответил Хемуль. – Но они по-прежнему не думают, что Снифф очень уж красив.
– Тогда передай им привет, – взволнованно ответил Снифф, – и скажи, что никогда в своей жизни я не видывал таких салачьих физиономий, как у этих двоих. А теперь я пошел.
– Сниффсла – злюксла, – сказал Хемуль. – И дураксла.
– Ради бога, входите и выпейте кофе, – нервно сказала мама Муми-тролля.
И повела Тофслу и Вифслу на веранду, а Хемуль последовал за ними, ужасно гордый своей новой ролью переводчика.
Вот так и поселились Тофсла и Вифсла в доме муми-троллей. Они не очень шумели и не навязывали никому своего общества, а большей частью бродили, держась за руки. И повсюду таскали с собой чемодан. Когда же наступали сумерки, на них нападало заметное беспокойство, они бегали то вниз, то вверх по лестницам и в конце концов прятались под ковром.
– Чего боитесьсла? – недоумевал Хемуль.
– Морра явитсла!
– Морра? А кто это? – ничуть не испугавшись, спросил Хемуль.
Тофсла вытаращила глаза, оскалила зубы и постаралась сделаться как можно больше.
– Страхсла и ужассла! – объяснила Вифсла. – Запирайтесла дверисла от Морры!
Подбежав к Муми-маме, Хемуль сказал:
– Они утверждают, что сюда явится страшная и ужасная Морра. На ночь нужно запирать все двери.
– Но у нас ведь только ключ от погреба, – огорченно произнесла мама Муми-тролля. – С этими иностранцами всегда так.
И она пошла переговорить об этом деле с Муми-папой.
– Нужно вооружиться и задвинуть дверь мебелью, – заявил папа. – Такая ужасная огромная Морра может оказаться опасной. Я повешу в гостиной колокол, возвещающий бедствие, а Тофсла и Вифсла пусть спят под моей кроватью.
Но Тофсла и Вифсла уже забрались в ящик комода и отказывались вылезать оттуда.
Покачав головой, Муми-папа отправился в дровяной сарай за ружьем.
На дворе стояла темнота, как обычно по вечерам в августе, и сад был полон черных мягких как бархат теней. Лес мрачно шумел, и повсюду летали светлячки с карманными фонариками.
Папа ничего не мог с собой поделать – он не мог избавиться от легкого ощущения жути, когда шел за ружьем. А что, если эта Морра уже залегла за кустом! Они ведь даже не знали, какая она!
И вообще какой она величины! Вернувшись на веранду, Муми-папа забаррикадировал дверь диваном и сказал:
– Пусть свет горит всю ночь! Каждый должен быть в боевой готовности и подняться по тревоге, а Снусмумрик пусть спит этой ночью в доме.
Все было ужасающе интересно. Постучав по ящику комода, папа Муми-тролля сказал:
– Мы защитим вас!
Но в ящике стояла мертвая тишина. Тогда папа вытащил ящик, чтобы посмотреть, не похищены ли уже Тофсла и Вифсла. Но они мирно спали, а рядом с ними лежал их чемодан.
– Может, мы все-таки тоже ляжем спать, – сказал папа. – Но все мы вооружимся!
Охваченные великим страхом и непрерывно болтая, все домочадцы разбрелись по своим комнатам, и мало-помалу в доме муми-троллей воцарилась тишина. И только керосиновая лампа одиноко горела на столе в гостиной.
Часы пробили двенадцать. Потом – час. Вскоре после двух Выхухоль проснулся и почувствовал, что ему необходимо спуститься вниз. Он сонно шлепал по веранде. И вдруг в величайшем удивлении остановился перед диваном. Диван загораживал дверь и был очень тяжелый.
