– Вот это правильно, – удивленно сказал Снифф. – До чего ж ты хитрый! Но вы только подумайте, как одинока Морра именно потому, что никто не любит ее и она не любит никого. Содержимое, быть может, единственное, что у нее есть! И неужели его тоже надо отнять! Одна в ночи. Изгнанная всеми, – продолжал дрожащим голосом Снифф, – обманом лишенная своей собственности всякими там тофслами и вифслами…
Он высморкался и уже больше не мог продолжать свою речь.
Снорк постучал молоточком о ящик.
– Морра не нуждается в речи защиты! – сказал он. – Кроме того, к твоим доводам примешиваются еще и личные чувства, да и у Хемуля тоже. Выходите, свидетели! Можете выступать!
– Нам ужасно нравятся Тофсла и Вифсла, – заявили все муми-тролли. – Морру же мы не одобряли с самого начала. Печально, если придется вернуть ей Содержимое!
– Справедливость должна быть справедливой! – торжественно заявил Снорк. – Вам надо быть объективными! Особенно учитывая то, что сами Тофсла и Вифсла никогда не поймут разницы между справедливостью и несправедливостью. Такими они уродились, и тут уж ничего не поделаешь. Обвинитель, что имеешь сказать?
Но Выхухоль заснул в своем гамаке.
– Ладно, – смягчился Снорк. – Его это, вероятно, не интересует. Мы все сказали, что надо сказать, прежде чем я возвещу приговор?
– Извините, – произнес глас народа, – но не прояснится ли дело, если мы узнаем, что, собственно, представляет собой это Содержимое?
Тофсла снова что-то прошептала. Хемуль кивнул.
– Это тайна, – сказал он. – Тофсла и Вифсла считают, что Содержимое – это самое красивое, что только есть на свете, а Морра считает, что оно лишь самое драгоценное.
Снорк кивнул и несколько раз наморщил лоб.
– Тяжелый случай, – произнес он. – Тофсла и Вифсла рассуждали совершенно правильно, но поступили они, во всяком случае, несправедливо. А справедливость должна быть справедливой! Мне надо подумать. А теперь – замолчите!
В кустах сирени воцарилась мертвая тишина. Жужжали пчелы, весь сад пламенел и золотился в лучах солнца.
Внезапно над травой потянуло холодом. Солнце зашло за тучи, сад стал каким-то серым.
– Что это? – спросил Снусмумрик, оторвавшись от протокола.
– Она снова здесь, – прошептала фрёкен Снорк.
В замерзшей траве сидела Морра и таращила на них глаза.
Она медленно переводила взгляд с Тофслы на Вифслу. А потом, заворчав, начала приближаться.
– Помогисла! – закричала Тофсла. – Спасисла!
– Стой, Морра! – приказал Снорк. – У меня есть что тебе сказать!
Морра остановилась.
– Я все продумал, – продолжал Снорк. – Согласна ли ты, чтобы Тофсла и Вифсла выкупили у тебя Содержимое чемодана? Какова твоя цена?
– Высокая! – ледяным голосом ответствовала Морра.
– А хватит моей Золотой горы на Острове хатифнаттов? – спросил Снорк.
Морра покачала головой.
– Фу, как здесь холодно, – сказала мама Муми-тролля. – Я схожу за шалью.
Она помчалась по саду, где мороз полз по следам Морры, и взбежала на веранду.
И тут ей пришла в голову потрясающая идея. Вспыхнув от восторга, она взяла в руку шляпу Волшебника. Только бы Морра поняла ее настоящую цену! Вернувшись назад, в суд, мама поставила шляпу в траву и сказала:
– Это самое драгоценное во всей Долине муми-троллей! Знаешь ли ты, Морра, что выросло из этой шляпы? Самые красивые тучки-самокаты, колдовская вода и фруктовые деревья! Это одна-единственная на свете волшебная шляпа!
– Докажи! – презрительно сказала Морра.
Тогда Муми-мама положила в шляпу несколько вишневых косточек. Все ждали в мертвой тишине.
– Только бы из них не выросла какая-нибудь мерзость, – прошептал Снусмумрик Хемулю.
Но им повезло. Когда Морра заглянула в шляпу, там лежала пригоршня красных рубинов.
– Вот видишь! – радостно сказала мама. – Представляешь, что может получиться, например, если туда положить какой-нибудь насос!
Морра посмотрела на шляпу, посмотрела на Тофслу и Вифслу, потом снова посмотрела на шляпу. Видно было, что думает она изо всех сил.
В конце концов Морра рванула к себе шляпу Волшебника и, не произнеся ни слова, заскользила прочь, словно серая холодная тень. В тот же день она в последний раз показалась в Долине муми-троллей[20], и тогда же все обитатели видели шляпу Волшебника в последний раз.
Все краски в саду снова разом потеплели, и опять вернулось лето, жужжащее и благоухающее.
– Какое счастье, что мы отделались от этой шляпы, – сказала Муми-мама. – Теперь она хоть один раз, в виде исключения, совершила что-то разумное.
– Но наши тучки все-таки
– А как замечательно было играть в Тарзана в первобытном лесу! – печально вспомнил Муми-тролль.
– Как удачсла все вышсло! – радостно сказала Вифсла и подняла чемодан, который все время стоял рядом на скамье подсудимых.
– Феноменальсла, – сказала Тофсла и взяла Вифслу за руку. И они вместе пошли обратно к дому муми-троллей, пока все остальные молча смотрели им вслед.
– Что они сказали напоследок? – спросил Снифф.
– Приятного аппетита или что-то в этом роде, – ответил Хемуль.
