Шляпа волшебника полностью

– Ничего себе идеи, – пробормотал Выхухоль и изо всех сил потянул диван к себе. И тут, само собой, зазвонил колокол, возвещающий тревогу. И папа Муми-тролля уселся в постели.

Дом мигом наполнился криками, выстрелами и топотом множества ног. Каждый врывался в гостиную с топорами, ножницами, камнями, лопатами, ножами, граблями и останавливался как вкопанный, уставясь на Выхухоля.

– Где же Морра?! – кричал Муми-тролль.

– Тьфу, да это ж я! – рассерженно прошипел Выхухоль. – Мне надо было выйти по малой нужде, только и всего! А про вашу дурацкую Морру я и думать забыл.

– Тогда выходи сейчас же! – сказал Снорк. – Но не вздумай этого повторить.

И он широко распахнул дверь веранды.

Вот тогда-то они и увидели Морру. Каждый из них увидел ее. Неподвижно сидела она на песчаной дорожке перед крыльцом и не спускала с них круглых, лишенных всякого выражения глаз.

Она была не особо большой и вообще не казалась такой уж опасной. Но чувствовалось, что она страшно злая и может ждать бесконечно долго.

И это было ужасно.

Никто не решился напасть на нее. Она сидела еще целый час, а потом убралась в мрак сада. Но на том месте, где она сидела, замерзла земля.

Снорк закрыл дверь и отряхнулся.

– Бедные Тофсла и Вифсла, – сказал он. – Хемуль, посмотри, не проснулись ли они.

Они проснулись.

– Она ушласла? – спросила Вифсла.

– Списла спокойносла, – посоветовал Хемуль.

Слегка вздохнув, Тофсла сказала:

– Спасибосла!

И они потянули за собой чемодан в самую глубину комода, чтобы снова спокойно заснуть.

– Можно уже ложиться спать? – спросила мама, отставив в сторону топор.

– Ты спи, – сказал Муми-тролль. – Мы со Снусмумриком собираемся вас стеречь, пока не взойдет солнце. Но безопасности ради положи свою сумку под подушку.

И вот они сидели одни в гостиной и играли в покер до самого утра. Морру этой ночью больше никто не видел и не слышал.

На следующее утро Хемуль озабоченно вышел на кухню и сказал:

– Я беседовал с Тофслой и Вифслой.

– Ну что там еще? – вздохнув, спросила мама.

– Морра хочет отнять у них чемодан! – сказал Хемуль.

– Какое чудовище! – воскликнула мама. – Похитить их жалкое имущество!

– Да, не правда ли! – согласился Хемуль. – Но есть один момент, который чрезвычайно усложняет все это дело! Похоже, что чемодан этот – Морры.

– Гм! – произнесла Муми-мама. – Дело действительно усложняется. Мы поговорим со Снорком. Он так хорошо умеет все улаживать.

Снорк очень заинтересовался тем, что ему рассказали.

– Это исключительный случай, – сказал он. – Необходимо устроить собрание. Все обязаны явиться к кусту сирени в три часа, чтобы обсудить данный вопрос.

Был теплый и прекрасный послеобеденный час, наполненный благоуханием цветов и жужжанием пчел. Весь сад стоял нарядный, словно свадебный букет из цветов тех ярчайших красок, которые обычно дарует позднее лето.

Гамак Выхухоля натянули между кустами и снабдили плакатом, на котором было написано: «Обвинитель Морры». Сам Снорк, натянув на себя парик из древесной стружки, сидел и ждал.

Всякому было ясно, что он и есть судья. Тофсла и Вифсла сидели и лопали вишни прямо против него, за доской, которая явно отделяла скамью подсудимых от Снорка.

– Прошу разрешения быть их обвинителем, – заявил Снифф (он не забыл, что Тофсла и Вифсла обозвали его старой облезлой крысой).

– В таком случае я стану их защитником, – сказал Хемуль.

– Ну а я? – спросила фрёкен Снорк.

– Ты – глас народа, – объяснил ее брат. – А семейство муми-троллей – свидетели. Что касается Снусмумрика, то он может вести протокол по ходу судебного разбирательства. Но уж как следует!

– Возникает вопрос: почему у Морры нет адвоката-защитника? – сказал Снифф.

– Такового не требуется, – заметил Снорк. – Морра права. Вам ясно?! Готовы! Начинаем!

Он трижды ударил молоточком по ящику.

– Ты всесла поняласла? – спросила Тофсла.

– Ни каплисла, – ответила Вифсла и плюнула косточкой в судью.

– Будете высказываться только тогда, когда я велю, – сказал Снорк. – И только «да» или «нет». Ничего иного. Вышеуказанный чемодан принадлежит вам или Морре?

– Дасла! – ответила Тофсла.

– Нетсла! – ответила Вифсла.

– Запишите, что они дают противоречивые показания! – закричал Снифф.

Снорк постучал молоточком о ящик.

– Спокойно! – потребовал он. – Я спрашиваю в последний раз: чей это чемодан?

– Нашсла! – сказала Вифсла.

– Они говорят, что чемодан их, – перевел Хемуль. – Утром они все говорили наоборот.

– Что же, тогда нам надо отдавать чемодан Морре, – сказал, облегченно вздохнув, Снорк. – Однако жаль всех моих трудов.

Тофсла потянулась и что-то прошептала Хемулю.

– Тофсла говорит вот что: «только Содержимое чемодана принадлежит Морре».

– Ха! – воскликнул Снифф. – Охотно верю. Дело и так ясно – Морра получит обратно свое Содержимое, а этим салачьим физиономиям останется их старый чемодан.

– Нет, совсем не ясно! – храбро вскричал Хемуль. – Дело не в том, кто владеет Содержимым, а в том, у кого больше прав на него. Истине – свое место. Вы все видели Морру! Теперь я спрашиваю, показалось ли вам, что она имеет право на Содержимое?