К сожалению, так бывает всегда. В первый раз ты рассказываешь, чуть ли не задыхаясь от переполняющих тебя чувств. Во второй раз спокойнее, но все же сохранив эмоции. После третьего тебе уже самой надоедают твои истории, а в конечном итоге останется только фраза: «Съездила хорошо. Замечательно провела лето. А Америка – как Америка». Как будто человек, который никогда там не был, сможет понять, если ты начнешь рассказывать. Как будто красота фотографий может передать запахи. Или веселая история может подарить наслаждение от прогулки по Нью– Йорку. Люди интересуются тем, что с тобой произошло, хотя все равно никогда не смогут прожить это за тебя.
Я завидую Зои и Ане, что для них еще ничего не закончилось. И пусть им все равно придется уехать, у них будет продолжение. Я струсила, а, как известно, кто не рискует – не остается в Америке. Кто не готов ради своей мечты отдать что– то взамен, получает билет на поезд Киев–Запорожье и верхнюю полку в плацкарте. И на этом спасибо, на большее не стоило и рассчитывать, покупая билет в последний день.
Но в том– то и дело: если б у меня была мечта, я была бы смелее. Вот у девочек все понятно, они остались ради своей любви. Некоторые мои знакомые остались, чтобы еще заработать денег для реализации своей мечты. А я?
Мне было просто хорошо в Америке. Мне понравилось быть взрослой и самостоятельной. Мне хватало всего: денег, времени, мужского внимания, вечеринок с друзьями. Этого, конечно же, недостаточно для того, чтобы оставаться, тем более что из Вайлдвуда все разъехались.
Пилот объявил о снижении. Быстро пролетает время, когда пытаешься проститься с тремя лучшими месяцами в своей жизни.
В аэропорту Хитроу я провела три часа, ожидая пересадку. Это совсем немного для того, чтобы наслушаться звуков английского языка. Этим летом я влюбилась в него. В школе не любила английский – мне не нравилась учительница. Как все– таки много в школьные годы зависит от отношений с учителями. В институте я подтянула язык, сдала экзамен на втором курсе и благополучно позабыла. А вот за три месяца в Америке я даже иногда ловила себя на том, что думаю на английском. Многие слова стали звучать более точно, чем по– русски.
Буду в Украине бесить всех окружающих, вставляя вместо русских слов «американские». Все будут думать, что я выпендриваюсь, а на самом деле мы просто привыкли говорить на англо– русском суржике.
Иду на посадку на рейс Лондон– Киев. Три часа – и я окажусь в Украине. Интересно, когда я в следующий раз полечу куда– то или смогу себе позволить выбраться за границу?
Паспортный контроль. Welcome Home, так сказать. Отовсюду звучит непривычная русская и украинская речь, режет слух. Не потому, что неприятно, а просто непривычно. И люди другие, и все другое.
Чувствую, что ждет меня акклиматизация, и не только из– за разницы во времени. Весь полет из Лондона я проспала: в Украине сейчас день, а в Вайлдвуде еще ночь.
Странное ощущение своей непричастности. Как будто я герой компьютерной игры. Видеть все вокруг могу, но у самой тела нет. Может, это все из– за недосыпа или долгих перелетов, но мне хочется, чтобы все, что сейчас окружает меня, происходило не со мной. Хочется проснуться в своей кровати, в нашем доме на Медисон– стрит, от звука будильника, который я ненавижу уже вторую неделю, но все забываю сменить.
Запустили ленту с чемоданами. Хоть бы они долетели. Чемоданы одного моего знакомого из Вайлдвуда потеряли и так и не нашли. Авиакомпания заплатила ему компенсацию, но эти деньги не вернули ему его личных вещей.
Я такой потери не переживу. Зачем мне деньги в Украине, если мне нужны мои американские платья, туфли, кофты и комплекты от Victoria`s Secret?
Первый чемодан едет, узнаю его издалека по багажной бирке в виде короны. Уже не так страшно, половина всего точно есть, а вот катится и второй, на него бирку не купила, но нацепила малиновую ленту от какой– то упаковки. Теперь дело за малым – все это дотащить. Вибрирует телефон – я забыла позвонить маме или папе и обрадовать их своим прилетом.
– Привет. Да уже долетела, только получила багаж.
– Привет. Ну наконец– то, я так жду. Как оно дома, хорошо?
– Пока нет, если честно.
– Я так надеялась, что тебя встретит папа, но ты же знаешь, он не самый надежный человек в мире.
– Мам.
– Тяжелые у тебя чемоданы?
– Ничего страшного я справлюсь. Сейчас договорю с тобой и пойду искать автобус на вокзал.
– Ну давай, как доберешься до вокзала, набери, спокойно уже поговорим.
– Хорошо.
Вот по этому я точно не скучала – по тотальному контролю, созвонам каждый час и четким объяснением, что я делаю и где нахожусь. И как только мама пережила это лето, не контролируя каждый мой шаг, даже не представляю.
– За вторую сумку придется доплачивать. У вас в билете только одна предусмотрена.
– Сколько еще нужно?
– Тридцать гривен.
Замечательно, и где мне сейчас их взять? Когда я летела в Америку, то меньше всего думала о том, чтобы брать с собой гривны на обратную дорогу.
