Шторм на «Лазурном берегу» полностью

— Мне и увидеть их удалось. Когда я услышал все это, я встал и посмотрел через ставни. Было темно, и я не очень хорошо их разглядел. Я увидел лишь, как двое мужчин идут к причалу.

— Они были вдвоем, и никого больше?

— Да.

— И они направлялись к пирсу, к яхтам? Вы уверены?

— Абсолютно. Но это все, что я видел и слышал, комиссар. В конце концов, это длилось всего минуту, а потом я снова лег, и пока размышлял, что это может значить, я заснул…

Дюваль кивнул и заглянул Дамьену прямо в глаза:

— Что-нибудь еще? Не хотите мне больше ничего рассказать?

— Нет, нет, — закачал головой старик.

— Хорошо, спасибо вам. Если что-нибудь еще случится или что-то вспомните, не стесняйтесь сказать мне об этом сразу, ладно?

Дюваль протянул старику руку.

— Договорились, комиссар, — улыбнулся Дамьен и крепко сжал ладонь Дюваля.

Обдумывая услышанное, Дюваль продолжил свой путь. Значит, Френе и Ланваль затевали что-то против Теольена. И Теольен был единственным, кто выжил. Сначала комиссар прошел мимо бистро, где порывистый ветер колотил в ставни. Громко хлопнула дверь. Этот ветер был невыносим. Он свирепо дул в уши и нужно было что-то срочно предпринять, чтобы защитить голову. После разговора со стариком Дамьеном Дюваль чувствовал себя измотанным. Боль в горле тоже не проходила. Он развернулся, прошел несколько шагов назад и распахнул дверь в бистро.

— Bonjour, комиссар, — встретила его насмешливой улыбкой Алиса. — Обувь у тебя прямо последний писк каннской моды.

Видно было, что она в отличном настроении.

— Смейтесь, смейтесь, Алиса, — ответил Дюваль, но и сам слегка улыбнулся.

— О, мы снова перешли на «вы»? — с издевкой подняла брови Алиса.

— Так велит мне долг, та chere, а потом, разве не вы мне вчера говорили, что на этом острове нужно быть осторожным?

— Ах, вот оно что! — она кивнула. — Благодарю вас комиссар, за заботу о моей репутации.

— Всегда пожалуйста, мадемуазель. Хорошо выспались? Вы так рано встали.

Он осмотрелся.

— Вы одна здесь?

— Комиссар, что за вопросы? — с притворным негодованием воскликнула Алиса.

— Алиса, ради бога, давайте поговорим серьезно. Сейчас не самое лучшее время для шуток. У меня есть основания беспокоиться, кроме того, у меня раскалывается голова, а симптомы простуды, если что, со вчерашнего дня только усилились.

— Возможно, доза аконитума была слишком маленькой, дайте-ка подумать…

— Нет, Алиса, пожалуйста, больше никакой гомеопатии. Мне бы чего-нибудь более действенного, — взмолился Дюваль.

— Тогда грог?

— Вы не шутите?

Дюваль метнул в нее раздраженный взгляд. У него были серьезные сомнения, что грог усилит целебный эффект пяти растворенных гранул гомеопатического средства.

— А что такого? — опросила Алиса с самым невинным выражением лица.

— Рановато для грога. Думаю, уровень алкоголя у меня в крови еще не вернулся на нулевую отметку.

— Тогда чай с медом?

Дюваль воздел глаза к потолку.

— Неужели у вас нет двух таблеток аспирина? Ничего не имею против прополиса, меда и всех остальных природных средств, но я доверяю старой доброй фармакологии.

— Прополис! — засмеялась Алиса. — Вы встретили Филиппа.

— Да, он любезно одолжил мне сухую одежду, и эти сапожки тоже, но сейчас мне не помешает аспирин.

— Я посмотрю, у нас где-то была аптечка, — девушка привстала на цыпочки и потянулась, так что ее джемпер скользнул вверх, обнажив идеальный пресс.

Дюваль смотрел на Алису, не отрывая глаз. Она достала с полки над стойкой пластмассовую коробку и поставила ее перед комиссаром.

— Посмотрим, что у нас тут.

Они почти одновременно склонились над коробкой, так что их головы почти соприкоснулись. Дюваль почувствовал дыхание девушки и тут же вспомнил, каким мягким был ее рот, когда они целовались.

Дверь распахнулась, и в бистро ворвались ветер и холод.

Алиса вздрогнула и отшатнулась.

— О, Паскаль! — воскликнула она. В ее голосе угадывалась тревога.

— Да, это я… надеюсь, не помешал?! — поинтересовался хозяин бистро с недвусмысленным намеком. Он повесил мокрую куртку на один из крючков возле двери.

— Bonjour, мсье Мориани, вовсе нет, как вы только могли такое подумать? Алиса была так добра, что согласилась поискать мне две таблетки аспирина в вашей аптечке,

— Аспирин? Вы что, заболели?

— У меня раскалывается голова, и я чувствую, что простываю.

— И, вероятно, мало спали?

Прозвучало это так же двусмысленно.

— Как вы понимаете, много чего нужно было обдумать. Я иногда страдаю бессонницей. Как, впрочем, и вы, я полагаю… — Дюваль взял из коробки пакетик ноктамида.

— Я? Нет, — покачал головой Мориани. — Я сплю как убитый.

— Это ваш, Алиса?

Дюваль повернулся к девушке, которая в это время ставила чашки в кофемашину.

— Что, простите?

— Вы страдаете бессонницей?

— Я? Нет. С чего вы взяли?

Она не смотрела ему в глаза.

— Потому что я нашел ноктамид здесь, в аптечке, это сильное снотворное.

— Я не знаю, — пожала плечами Алиса, взяла тряпку и принялась протирать столы.

— Ноктамид?

Хозяин бистро взял у Дюваля пакетик, повертел его и положил обратно.